Меню
Главная
Реклама
Эротические Рассказы
Эротические Новости
Эротические Опросы
Видео


Анал
Азиатки
Блондинки
Брюнетки
В душе
Домохозяйки
Знаменитости
Изящные
Красотки
Медсестры
Молоденькие
На пляже
Негритянки
Офис
Полицейские
Скрытые камеры
Студентки
Съемки под юбками
Темы Рассказов
А в попку лучше
Бисексуалы
Гетеросексуалы
Гомосексуалы
Группа
Жено-мужчины
Живительная влага
Зоофилы
Из запредельного
Измена
Инцест
Классика
Лесбиянки
Миньет
Наблюдатели
Остальное
По принуждению
Подростки
Потеря девственности
Поэзия
Романтика
Свингеры
Служебный роман
Случай
Странности
Страпон
Студенты
Фантазии
Фетиш
Экзекуция
Эксклюзив
Эротика
Эротическая сказка
Юмористические
Я хочу пи-пи
А в попку лучше
Эротическое фото
Фото
На связи
Всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

...



27-01-2008  Странный фотограф
Страница: 1/1

автор: Савелий Кологор

06.12.2007.

,, дела давно минувших дней...,,

В феврале родители разругались в пух и прах, дело подошло к разводу. отец резко решил отправиться в командировку на строительство нового моста и в первых
числах марта укатил. Ругань в доме прекратилась и мама вроде бы успокоилась, перестала пить корвалол столовыми ложками. Со своей подругой Эльвирой Прудиной
теперь вечерами сидели за выкройками, шили на лето обновы. Ну, и конечно же, перемывали косточки всем своим знакомым...

Идиллия продолжалась до конца мая, 26 у меня был день рождения, на мое четырнадцатилетие собрались все мои одноклассники числом шесть человек, и все мои
одноклассницы, их-то было побольше - тринадцать. Танцевать пришлось со всеми, даже с Ленкой Сазоновой, самой разбитной девахой класса. Девчонка, выпив
шампанского - всего бокал! - расшалилась, в танце так прижималась ко мне, что писюн встал и оттопыривал брюки. Ленка все конечно заметила и стала
прижиматься еще активнее. Я от обычной своей застенчивости избавиться не мог и никаких действий, которые Ленка явно провоцировала - вроде поглаживаний или
еще чего-нибудь не предпринял. Я просто не знал, что мне делать... помощь пришла неожиданно от мамулечки - она решительно подошла к нам и сказала: - Лена,
позволь я Игорька заберу, поможет мне торт принести. Ленке осталось только как-то растерянно улыбнуться. На кухне мама возмущенно мне сказала: - какая
противная девчонка, как она плохо себя вела! Мамин взгляд остановился на моих
оттопыренных брюках. Щеки у мамы покраснели и взгляд сделался каким-то виноватым. Такое же выражение было у мамы на лице, когда неделю назад она утром
зашла ко мне в комнату, а я онанировал, лежа на кровати, собрав одеяло между ног и вспоминая, как мама с Эльвирой примеряли только что сшитые купальники...
Впервые я увидел свою маму полностью раздетой, она как раз сняла трусики и выпрямилась, бросая невесомую тряпицу на стул, на котором лежал новенький
купальник. Восхитительное тело зрелой прекрасной женщины произвело на меня такое впечатление! (мы ведь в шестидесятых порнографии не знали и обнаженных
женщин могли увидеть только на репродукциях картин классиков). Мне показалось, что сердце остановилось, дыхание у меня пресеклось, рот сам по себе
приоткрылся и я остолбенело стоял в коридоре, пожирая глазами мамино тело: грудь - большую, упругую даже на вид, с крупными, как зрелые вишни сосками, живот
- нежно округлый, темно-русый треугольник курчавившихся волос внизу живота,
узкую талию, волшебной плавной линией переходившую в пышные красивые бедра... сколько я простоял за портьерой, не знаю, но в тот день я сделал великое
открытие - самая красивая и самая... желанная женщина на свете - моя мама. И тогда ночью я впервые получил удовлетворение, лаская руками свою письку и
представляя мамино тело...

Так вот, тогда мама, войдя в комнату и увидев, что я делаю, замерла в дверях и широко раскрыв глаза, смотрела на мою торчащую письку. Я испуганно закрылся
одеялом. Мама покраснела и молча вышла. Но ее взгляд... испуганно-виноватый... я не знаю, как его назвать - был точно таким же.

И вот мама стоит и молча смотрит на мои оттопыренные брюки. И я стоял и молчал. А что, интересно, я мог сказать? Мамуля подошла к столу, взяла поднос с
тортом и сказала: - неси уж, кавалер. И я понес торт...

А со следующего дня мама опять хандрила - не спала ночами, ворочалась так, что мне было слышно, как скрипят пружины кровати. Нервное поведение мамули
доставляло мне массу неудобств - мама не разрешала мне долго гулять с пацанами, а ведь были уже каникулы и все друзья приходили домой заполночь! А мама
требовала, чтобыв девять вечера я как штык был на месте, то есть дома. Со своей подругой мама тоже рассорилась и коротала вечера одна, что-то читая в
кровати. В доме витала какая-то неопределенная напряженность...

И какой же радостью было услышать от нее: - игорек, давай поедем к морю! Я в ответ мог только радостно завопить: - давай! поедем! к морю!

Мама взяла отпуск, получила целую кучу денег - на севере платили хорошо, и через три дня мы катили в поезде ,,Свердловск-Адлер,,. Маленький курортный
городок мне очень понравился - весь в зелени, уютный и немного нерусский. Местные мужчины в ,,кэпках,, , старая хозяйка абхазка, у которой мы сняли на месяц
в качестве жилья летнюю кухню, горбоносая и похожая на бабу-ягу из сказок, и конечно - море! Эта экзотика перевешивала мелкие бытовые неудобства:
кухня-жилье имела только одну стену с дверью и окном, а остальное было огромной нишей в скале, внутри которой было два матраса на плетеных из камыша
циновках, стул и маленький стол. Да у окна висело большое зеркало. Вот и вся мебель. Зато от дома хозяйки нашу пещеру - так мы прозвали свое жилье - отделял
огромный сад и бабка, и ее многочисленные жильцы нас совершенно не беспокоили. В первый же день мы сразу отправились на пляж и купались, купались, купались.
погреемся на лежаках - и опять в воду. Вечером я уснул, только коснувшись
подушки щекой. И во сне было все то же - ослепительное солнце, море, брызги, крики купающихся...

А вот утром..! А утром все тело горело, болело и зудело - мы с мамулей жутко обгорели. Кожа была густо-красной и горячей. Вода из крана у входа в кухню
давала секундное облегчение, но почти сразу кожа высыхала и мучения казались еще невыносимее. Мама с трудом облачилась в легкий халатик и отправилась к
хозяйке. Минут через пятнадцать она вернулась с трехлитровой банкой в руках. - Это простокваша из козьего молока - сказала мамуля. - Хозяйка сказала, надо
натираться и тогда к завтрашнему дню все пройдет. Мама поставила банку на стол, повернулась ко мне и распорядилась: - снимай трусики, загоральщик, приступим
к лечению. Мне было жутко стыдно раздеваться перед мамой, но боль была сильной, от нее хотелось избавиться и я снял трусы. Незагоревшая кожа резко
отличалась от красного ,,загара,, а писька с уже появившимся предметом моей тайной гордости - волосками на лобке, тоскливо свисала, прижавшись к яичкам.
Мама взяла банку с простоквашей и подошла ко мне сзади. Слышно было, как ч
то-то булькнуло и на плечо мне упало что-то ледяное и мокрое. Я вздрогнул и чуть не заорал. - Ну-ну, тише - негромко сказала мама - это же простокваша,
сейчас станет легче. И мамуля стала растирать эту ледяную и густую массу по моим плечам и спине. В самом деле, там, где на кожу ложилась простокваша,
наступало волшебное облегчение, боль уходила. Мамины руки уже намазали спину и опустились на мои бедра. -Раздвинь пошире ноги - скомандовала мама - чего
зажался. Я послушно раздвинул ноги на ширину плеч. Мама намазывала уже внутреннюю сторону бедер, при этом ее рука невзначай несколько раз задела мой писюн.
И вот тут-то и произошел со мной конфуз: прикосновение нежной горячей маминой руки так подействовало на писюн, что он стал подниматься. К тому моменту,
когда мамины руки добрались до моих лодыжек, писька торчала как палка, задрав вверх свою наглую головку. - Повернись - прозвучали слова, которых я больше
всего боялся в эту минуту. - Мам, давай я сам намажусь - взмолился я. Но
в ответ неумолимо прозвучало: - Нечего тут кисейную барышню из себя строить, нам можно не стесняться друг друга. Давай, разворачивайся. Я повернулся, от
моего движения писюн дернулся и несколько раз качнулся, продолжая задирать вверх головку. Мама взглянула мне в лицо, затем ее взгляд скользнул ниже и...
глаза ее изумленно расширились, рот приоткрылся. Я дернулся было закрыть письку ладонями, но вспомнил мамины слова о том, что нам нечего стесняться и
удержал руки по швам. - Вот это да...- протянула мама с непонятным выражением, продолжая смотреть на мою письку -Игорек, какой же ты большой! У тебя уже все
как у взрослого... Интересно, а почему он у тебя встал? - мама пытливо посмотрела мне в глаза. - Ты о чем-то думал, что-то представлял себе? ну не молчи,
отвечай! - Понимаешь, мамуль, ты когда мазала меня простоквашей... задела ее рукой... ну вот она и встала... Мама задумчиво смотрела на торчащую письку.
Помолчав, она спросила: - Так твой писюн встал, потому что тебе было
приятно мое прикосновение? - Да...- ответил я. - Игорек, это называется спонтанная эрекция, у мальчиков твоего возраста это часто бывает, не обращай
внимания... И мама набрала полную горсть простокваши и шлепнула ее мне на грудь. Растирая меня спереди, мама все время поглядывала на торчащую письку. Когда
же стала мне намазывать переднюю часть бедер, взгляд ее от письки уже не отрывался. Лицо у мамы разрумянилось, она тяжело дышала, как от усталости. Мне же
было и стыдно, и приятно - мамины руки скользили по коже, боль под ее ладонями исчезала, а взгляды на письку давали ощущение подобное прикосновениям - так
было хорошо... - Ну, все - воскликнула мама, - теперь ты меня намажешь. И мама, повернувшись ко мне спиной, быстро расстегнула и сняла халат, затем лифчик и
- я чуть не умер! - трусики. Ослепительно белая, пышная и упругая женская попа сразу же привлекла все мое внимание. Замерев, я в восхищении любовался
красивейшими на свете округлостями, гордо и вызывающе выпиравшим
и в мою сторону. Из ступора меня вывел мамин голос - Игорек, ты уснул? Я вздрогнул, подошел к банке, зачерпнул полную пригоршню скисшего молока. Подойдя к
маме со спины, я шлепком уронил простоквашу ей на плечо. Мама вздрогнула, половинки попы восхитительно колыхнулись. от этого зрелища мой писюн напрягся еще
сильнее и я даже ощутил внизу живота несильную, но тянущую боль. Не обращая внимания на это, я с упоением растирал по нежной маминой коже простоквашу,
постепенно опустившись до поясницы. Чтобы нанести простоквашу на бедра, мне пришлось опуститься на колени. Прямо перед глазами была складка, разделявшая
попу на две половинки. Приблизив лицо к этой складке, я ощутил запах маминой кожи и чуть-чуть пота. Письку просто уже ломило от всего этого... Намазав маме
сзади ноги до пяток, я уже тоже собрался скомандовать - разворачивайся, мол, но в этот момент мама сказала: - Все, Игорек, дальше я сама. Разочарованный, я
резко выпрямился, при этом мой писюн коснулся складки между ма
миных ягодиц. Уже не соображая, что делаю, я схватил маму за бедра и прижался к ней сзади, вдавливая головку письки в эту складку. Мама резко отшатнулась,
сделала шаг вперед и воскликнула: - Это что еще такое! Ну-ка, Игорь, успокойся! Сгорая от стыда, я отошел к окну и стал смотреть в сад, с ужасом ожидая
скорого и справедливого наказания. Но ничего не происходило... Обернувшись, я увидел спокойно сидящую на стуле маму. На ней были уже одеты трусики и лифчик.
Мама, увидев, что я на нее смотрю, устало проговорила: - Иди сюда, поговорим. Я несмело подошел к ней. - Игорек, ты еще многого не понимаешь, ты сейчас
постепенно из мальчика превращаешься в мужчину, поэтому на тебя так действует вид женского тела, прикосновения к тебе девочек или женщин, твои к ним
прикосновения. В этом нет ничего плохого или постыдного. Придет время, и ты будешь любить женщин, а они будут любить тебя, вы будете позволять себе любые
ласки. Но это потом. А маме с сыном нельзя заходить дальше определенн
ых пределов, иначе может произойти то, что называется ,,инцест,, - это когда мать и сын, отец и дочь занимаются любовью друг с другом. Мама помолчала,
взглянула на все еще торчащую мою письку и сказала: - Вот эту большую писюлю ты будешь вводить своей любимой, когда вырастешь, будешь дарить ей
наслаждение... а нам надо успокоиться...надо наверное лечь спать...

Мама говорила с трудом, как будто сильно устала, глаза ее не отрываясь смотрели на мою письку. Вот она протянула к ней руку, обхватила ее ладонью и
чуть-чуть сжала. Удовольствие от этого меня просто тряхнуло!

Мама резко отдернула руку и сказала чуть слышно: - Нам нельзя, как бы ни хотелось... сынок, мне же тоже очень... хочется, но нельзя... ,,инцест,,
переводится как постыдное... и меня посадят в тюрьму, если узнают, что... я занималась этим с моим маленьким мальчиком. Иди... ложись... будем спать...
успокоимся... Мама встала и прошла к своему матрасу. Улегшись, она попросила: - Гошенька, выключи свет. Я выполнил ее просьбу и в темноте прошел к своему
матрасу. В наступившей тишине было слышно, как мама вздыхает и ворочается. Я же уснул мгновенно, как только лег.

Разбудил меня громкий веселый мамин голос: - Вставай, соня. Проспишь купание! Я вскочил - ура! - кожу не жгло и не щипало, за ночь чудодейственная козья
простокваша все вылечила. И мы опять отправились на пляж. Но уже не загорали, а только купались, а отдыхали в тени под тентом, где собрались такие же
пострадавшие от солнца. У нас был один лежак на двоих и, обсыхая, я чувствовал теплое нежное мамино бедро, прижатое к моей ноге. я ничего не мог с собой
поделать - писька снова вставала, натягивая трикотажную ткань плавок. Мама поглядывала, понимающе улыбалась, а потом шепнула на ухо: - Игорек, ложись на
живот, что люди подумают...

Где-то около двух пополудни мама спросила: - Обедать куда пойдем, в чебуречную? - Конечно! - с восторгом согласился я, это было мое любимое общепитовское
заведение. Мама достала сумочку, порылась в ней и испуганно ахнула, мгновенно побледнев. - Что случилось?- спокойно спросил я, так как мог ожидать только
какую-нибудь шутку. Мама дрожащим голосом произнесла: - влипли, сынок - у нас украли все деньги... все, какие были! Вот тут ахнул и я. Мама сидела и
молчала, по лицу ее текли слезы. Я сел рядом, обнял ее за плечи, прижался к ней. Мама тоже обняла меня и зашептала: вот и отпуск накрылся... что делать -
ума не приложу. А я и не знал, что сказать. Зато от маминой близости, от объятий, от чувства ее беззащитности у меня опять вскочил со страшной силой писюн и
уперся маме в бедро. Мама всхлипнула и прошептала с непонятной интонацией: - ну ты и жеребчик... Я не понял смысла сказанного, но все равно загордился. И
родил мысль: - мам, а если у нашей хозяйки спросить взаймы, а приеде
м домой и вышлем ей... Мама встала и потянулась за одеждой. Когда мы пришли в свою пещеру, мама переоделась в свое лучшее платье и пошла к хозяйке. Не
было ее очень долго, может часа четыре. Пришла мама к вечеру, когда уже начало темнеть. Я уже включил единственную лампочку в нашей пещере и валялся на
матрасе, листая ,,Уральский следопыт,, . Журнал я привез с собой из Свердловска. Кстати, очень интересный был журнал. Когда заскрипела дверь, я вскочил и
бросился к маме: - ну что, даст бабка денег взаймы?! Мама тяжело вздохнула и, тщательно проговаривая каждое слово, произнесла: - подожди, Гоша, я немного
посижу, а потом поговорим. Мамино дыхание изрядно отдавало винным запахом. -Ничего себе, - подумал я - тут такие дела, а она с хозяйкой вино распивает... но
молча пошел к своему матрасу. А мама легла прямо в платье на свой матрас и молча смотрела в потолок. Где-то через час мама решительным голосом позвала -
Игорь, выключай свет и ложись. Понимая, как мама расстроена, я без в
озражений поднялся и щелкнул выключателем. Раздевшись до трусов, улегся на матрас. В темноте я услышал звук расстегиваемой молнии и шуршание шелка - мама
сняла платье. Я по звукам пытался проследить ее действия - вот она ложит платье на стул, вот щелкнул пластмассовый замочек лифчика и он тоже полетел на
платье. А вот еще шуршание - неужели мама сняла трусики и лежит голая?! Писька от этой мысли вскочила и натянула трусы. В тишине раздался мамин шопот: -
Игорек, подойди ко мне, давай поговорим. Я встал и в темноте пошел в мамину сторону, выставив вперед руки, чтобы не наткнуться на стул. Внезапно пальцы
коснулись чего-то нежного, мягкого и одновременно упругого, словно немного спущенные воздушные шары. И я, боясь поверить в свою догадку, поводил ладонями
вверх-вниз. Боже, это действительно были мамины груди - они толкнули мои ладони твердыми сосочками, как кошачьи носики тыкаются в ладонь, когда играешь с
котятами! Я задрожал от возбуждения и невольно сжал ладонями эти восхи
тительные выпуклости. - Игорек, подожди - раздался мамин шепот, ее ладони легли сверху на мои, коротко их прижали к упругим сисям и мягко отстранили. -
Давай поговорим… - мама потянула меня за руки и усадила рядом с собой на матрас. мое бедро прижималось к маминому. Я кожей ощущал его тяжелую пышность и
понимал - еще немного и я прижмусь к нему писей и буду тереться об него, покрывать поцелуями и будь что будет... Но мама прервала мои мысли, сказав: - Гоша,
помнишь, мы вчера говорили об инцесте? - Да, конечно, а почему ты спрашиваешь? Мама помолчала, а потом стала горячечным шепотом излагать: - когда я пошла к
старухе... чтобы денег взаймы... там был ее племянник... он сказал, что даст денег...но... мы должны отработать деньги... он фотохудожник и хочет... чтобы
мы снялись для альбома... который ему заказали. - Мамочка, - зашептал я, - так давай сфотографируемся, раз за деньги. Всего то делов! Может, он и для нас
сделает фотки... - Игорек, милый, он... ну, понимаешь, он... о
н делает такие снимки... ну мы должны сняться голыми... вот. Я присвистнул от удивления: - голыми? Ничего себе... а сколько он заплатит? На дорогу хватит?
- Гоша, то что он заплатит, хватит на десять дорог - он обещал дать тысячу рублей. (* та тысяча была дороже нынешней в сто раз). - Мамуля, тогда что тут
думать, снимаемся голышом и получаем такие деньги. Ты у меня такая красавица, так что стыдиться нечего! Мама долго молчала, потом тяжело вздохнула и
произнесла: - Игорек, этот фотограф делает порнографические снимки, то есть снимает мужчин и женщин в момент интимной близости, а потом продает эти снимки в
специальные журналы за границу. И он хочет... чтобы мы с тобой... стали это делать, а он будет снимать. Я потрясенно молчал. Одно дело, мечтать о мамочке
как о женщине, мечтать о близости с ней, и совсем другое - позволить все это запечатлеть на фотоснимках, да потом эти снимки попадут в какие-то журналы!

Я почувствовал, что мама вздрагивает, через секунду я услышал и всхлипывания. - Мамочка, ну что ты, не плачь! Если тебе это все неприятно - мы не будем
сниматься на эти дурацкие фото и все! Еще что-нибудь придумаем. Мама молча обняла меня и привлекла к себе. Моя грудь прижалась к ее груди, я повернулся
немного боком и писюн уперся маме в бедро. Я стал дрожать, как от озноба, руки сами легли маме на груди и стали их поглаживать, задевая крупные соски,
которые стали почему-то еще больше и тверже. - Мамочка, не плачь, успокойся, ничего страшного еще не случилось! - прошептал я с трудом. Какой-то ком стоял в
горле, дыхание затруднилось, сердце билось, как сумасшедшее, губы пересохли, мне не хватало воздуха... Мама еще раз всхлипнула и горячо зашептала: - тебе
легко говорить успокойся... а я... я уже давно думала... еще когда увидела, как ты сам свою писю... а у меня уже год ничего не было с мужчиной... а у тебя
такой большой... я вот тебе рассказываю, как это нехорошо, когда мать
с сыном... а сама только и думаю, как бы тебя подтолкнуть, чтобы ты меня захотел... господи, какой ужас - что же я говорю! Сынуленька, прости меня,
прости... мама стала осыпать меня поцелуями: лоб, щеки, нос... вот ее нежные губы коснулись моих... Меня затрясло, руки мои сжали мамины груди, и еле
выговаривая слова, я признался: - мамочка, любимая, милая... я так тебя люблю, я так тебя хочу, я так давно мечтаю, чтобы мы с тобой... еще когда увидел
тебя примерявшей купальник... я и письку себе... и представлял, что я с тобой... я и сейчас так хочу, чтобы мы с тобой... только я не знаю, как... я не
умею ничего... но очень хочу... вот. Выпалив все это, я замолчал, испуганно отстранившись от мамы. Несколько минут царила полная тишина, нарушаемая только
нашим тяжелым дыханием. Но вот я почувствовал мамину руку на бедре. Ее нежная теплая ладошка скользнула вверх по ноге и прикоснулась к моей напряженно
торчащей писюльке. Через секунду ладонь обхватила писю и стала нежно ее глади
ть, перемещаясь от головки до основания. - Какой же ты все-таки большой!- проговорила, задыхаясь мама. - Так ты не против заняться со мной любовью...
перед фотокамерой? Нет, мамочка, но только... я ничего не умею... - Фотограф так и сказал, что нам надо, если мы согласимся, отрепетировать заранее, до
завтрашних съемок. Мама опять надолго замолчала, ее рука продолжала медленно и нежно гладить мне писюн. Я ощутил ее губы на своих губах, мамин язычок стал
нежно скользить по моим губам, легонько их раздвигая и пытаясь проникнуть глубже. Я немного приоткрыл рот и язычок моментально проник внутрь и стал
скользить по моему языку. От такого поцелуя меня опять затрясло, я прижался к маминому телу, оглаживая руками все, что под них попадало - груди, живот,
бедра... Бедра вдруг широко раскрылись и мама горячо зашептала: - Гошенька, милый, погладь маме писю, скорее! Скорей погладь! Я опустил руку вниз маминого
живота, провел по густым волосикам, еще ниже и под пальцами почувствовал нежн
ую влажную складочку, припухлую и скользкую. Мама негромко застонала и приподняла низ тела вверх, как бы насаживаясь писей на мой палец. Ее рука,
гладившая мой писюн, сжалась и стянула кожицу с головки. Удовольствие было неимоверным, я судорожно подался навстречу маминой ладошке и стал пальцем двигать
вверх-вниз в складочке. Палец легко проскользнул еще глубже, еще ниже. Мама вздрогнула. - Ох, Гошенька, подвигай пальчиком туда-сюда... и сама стала двигать
сжатую ладошку по моей писе, натягивая кожу на головку и стягивая ее обратно. Я непроизвольно подавал туловище навстречу маминой ладони, вталкивая письку в
ее руку и при этом двигал пальцем в маминой складочке, задевая бугорочек, чем то похожий на сосок груди, такой же отвердевший и в то же время такой нежный.
Каждое прикосновение пальца к нему заставляло мамино тело содрогаться. Я попробовал двигать пальцем быстее, потом еще быстрее. Мама стала стонать
непрерывно, ее била крупная дрожь, ее рука лихорадочно быстро задвигала
сь, лаская мою писю и вдруг меня ударило острое наслаждение - тело мое резко выгнулось и я непроизвольно вскрикнул. Эхом раздался мамин крик, ее попа
также резко приподнялась вверх, прижимая сосочек-бугорочек к моему пальцу. Я на мгновение как бы умер - так мне стало хорошо... через какое то время
восприятие реальности вернулось и я понял, что лежу навзничь рядом с мамочкой, лежащей в той же позе. Невероятная слабость охватила меня, не хотелось
шевелиться - послезвучие наслаждения не отпускало...

- Гошенька, тебе было приятно? - раздался мамин шепот. - Да, мамуленька, это было как в сладком сне... а ты... тебе тоже? - Да, мой родной. Я так давно
ничего такого не испытывала... а может вообще никогда... Мама повернулась набок, прижалась ко мне грудью. Ее пися прислонилась влажной складочкой к моему
бедру, оставляя ощущение влажного поцелуя. - Ох, Игорек, я же вся мокрая! - воскликнула мама и отодвинулась. Я услышал, как что-то зашуршало, затем я ощутил
мамины руки в паху - мама какой то тряпочкой стала обтирать мне бедра и писю. - Гоша, ты ведь тоже весь облился - поглаживая яички и писю, шептала мама. -
Солнышко мое, до чего же я тебя примучила. Ты устал? - Нисколько, мамочка, я еще хочу - смущенно признался я. И действительно, прикосновение нежных маминых
рук снова заставило писюльку встать колом. Мама быстро ощупала мое хозяйство и хихикнула – Гошка, ты весь в меня, так быстро заводишься, я ведь тоже опять
хочу... Услышав это, я тут же протянул руку к маминой писе.
Мое прикосновение заставило маму вздрогнуть. - Подожди, Игорь, раз уж мы стали любовниками, давай любить друг друга по порядку. - Как это? - удивился я.
Мама молча погладила меня по голове, поцеловала нежно и в то же время сильно в губы и стала целовать мне шею, грудь, живот. Вот ее губы прошли пупок,
прикоснулись к основанию письки, чмокающими поцелуями прошлись по всей длине и... вдруг нежное влажное кольцо губ охватило головку писюна и мама сделала
несколько сосущих движений, то поглощая головку в рот, то выталкивая ее наружу. Кожица с головки сползла и по самому краю, доставляя горько-сладкое
удовольствие, стал скользить мамин язычок. Я не смог удержать стон, вырвавшийся от полученного наслаждения и приподнял попу, погружая письку маме в ротик.
Мама перебросила через меня ногу и через мгновение мамина пися своей складочкой прижалась к моим губам. Вне себя от доставляемого мамиными губами и языком
удовольствия я впился ртом в мамину писю. Складочка раздвинулась, как губы
при поцелуе и мне в язык уперся бугорочек-сосочек, который я уже ласкал пальцем. Я нежно его поцеловал и потрогал языком. В ответ на такое прикосновение
мамочка выгнулась, плотно прижимаясь к моему рту писей, туго сжимая своими губами мой писюн и всасывая его глубоко в рот. Как то так получилось, что наши
движения навстречу друг другу стали происходить синхронно. При этом мамочка стала нежно пожимать рукой мне яички, а пальцами другой прикоснулась к
сжавшейся от неожиданности дырки попы. Невыносимое наслаждение охватило меня, собралось в тугой комок в низу живота и превратившись в ослепительную вспышку,
промчалось от письки по всему телу. Содрогаясь, из последних сил удерживаясь в сознании, я вставил палец между скольких нижних губ мамочки и стал
быстро-быстро погружать его и вынимать наружу, ускоряя и ускоряя эти движения. Мамины губы сильно сжали мою писю и глубоко всосали ее. Головка скользнула
внутрь и что-то задела во влажной глубине. И та самая вспышка наслаждения вдр
уг заставила меня разразиться фонтаном какой-то жидкости, вылившейся из моей письки прямо в рот маме. И в это же время соленая, необычно пахнущая жидкость
оказалась у меня во рту, на губах и на носу. Когда я чуть-чуть отошел от шокового наслаждения, я испуганно спросил: - Мам, мы что, описались? Мама снова
хихикнула, и задыхаясь и вздрагивая, постепенно успокаиваясь, ответила: - Сыночек, это мы с тобой кончили так сладко. То есть получили оргазм, то наивысшее
наслаждение, которое мужчина и женщина могут доставить друг другу. То, что вытекло из тебя - это сперма, те живчики, которые делают женщину беременной. А
потом ребенок развивается и женщина его рожает. А у женщины при оргазме тоже выделяется жидкость, она увлажняет влагалище и облегчает путь сперматозоидам.
Мама меня нежно поцеловала и погладила мою влажную еще письку. - Ты становишься настоящим мужчиной, родной, с тобой так хорошо... а тебе понравилось? - Да,
мам, очень - я и не знал, что так вообще бывает... - Это на
зывается минет. Так часто делают любовники, чтобы доставлять удовольствие... В этот момент в моей до удивления глупой голове возник вопрос, который я
немедленно и задал: - Мам, теперь ты тоже станешь беременной? ведь мои живчики вытекли в тебя! - Мама тихо рассмеялась: - нет, Игорешка, беременной я не
стану. Во-первых, женщина не может забеременеть, если сперма попадает в рот, во-вторых, для продолжения рода существует совсем другой способ заниматься
любовью. Заинтригованный донельзя, я прижался к маме и попросил: - Покажи скорее, что это за способ. Ну, мам! - Тише, неугомонный, подожди хотя бы
полчасика, дай отдохнуть. Давай просто полежим и поговорим. А из меня перли вопросы: - Мам, а папа не будет нас ругать за то, что мы любили друг друга? Мама
долго молчала, а потом сказала: - Не будет, потому что это его не касается. И мы ему ничего не скажем. Ты мой, я твоя и все тут. А отец твой ничего знать не
должен. И не узнает, если ты не расскажешь. И никто не должен про это зна
ть, это только наша тайна. Может, мы с отцом и не будем жить - и так год уже не живем как муж с женой... будем жить с тобой, будем любить друг друга, пока
это возможно. Мы лежали обнявшись, тесно сдвинув свои тела, лицо к лицу. Нежное мамино дыхание щекотно шевелило пушок на верхней губе. Мама вдруг спросила:
- Игорек, ты улыбаешься? - Да, мамочка, от счастья - я самый счастливый человек в мире. Я так люблю тебя, и ты любишь меня - как здорово, что мы любим! Мама
задумчиво проговорила: - А знаешь, может и не грех это - ну как любовь может быть грехом, или чем то постыдным... мы теперь всегда стобой будем любить... -
Мамочка, - перебил я - а ты обещала, что покажешь, как еще можно любить! Мамина рука скользнула по моим бедрам и наткнулась на вновь торчащий писюн. -
Игорь! - возмущенно зашептала мама, - ну сколько ты можешь хотеть! - Не знаю...- по простоте душевной сознался я. Мама хмыкнула: - завтра как побитый
будешь себя чувствовать... но ее рука продолжала нежно поглажив
ать мой писюн. Я тоже опустил руку и нашел волшебную складочку, влажную, скользкую и горячую. Пальцы мои заскользили в этих нежненьких губках, постепенно
усиливая нажим. Мама вздрогнула и застонала - я снова задел прятавшийся в складках бугорочек. - Гошенька, каждое твое прикосновение к клитору на меня так
действует... - зашептала она, - это так хорошо... так... так... еще! Мама стала подбрасывать зад, усиливая соприкосновение пальцев и клитора. Ее ладонь
сильнее сжала мне письку и энергично двигалась по ней. Я непроизвольно стал подавать таз навстречу ее руке. Мама вдруг замерла и внезапно охрипшим голосом
проговорила: - Подожди, Гошенька, сейчас мы это сделаем... ляг на спину. Я улегся навзничь. мама перекинула через меня ногу и уселась на меня сверху, прижав
мою писю к животу своей складочкой. Ее груди оказались перед моим лицом и я немедленно стал покрывать их поцелуями, подбираясь постепенно к набухшим соскам.
Вот в губы попал один из них и я нежно всосал его, водя язык
ом по его окружности. Мамочка громко вскрикнула и сильно прижалась своей писей к моей. - Сейчас, Игорек, сейчас...- забормотала она - сейчас... ее рука
проскользнула между наших животов и взяла мою напряженную письку. Затем мама приподнялась и поводила головкой письки по скользкой складочке, постепенно
опуская попу и заставляя писюн входить все глубже... мне стало очень хорошо, а когда головка погрузилась во что-то горячее и влажное, тесно сжавшее, а затем
скользко плотными стенками охватившее писюн по всей длинне, я застонал и судорожно выгнулся вверх, с силой вталкивая писюн в это приятное вместилище,
задевая головкой что-то упругое. От этого прикосновения на меня обрушилось такое наслаждение! Оно прокатывалось по телу горячими волнами, сотрясая
судорогами удовольствия. Стремясь продлить это, я судорожными толчками подбрасывал таз, раз за разом задевая что-то в горячей маминой глубине и каждый раз
содрогаясь от наслаждения. Писька выбрасывала сперму внутрь мамочки, а я, с
жав сосок губами, сосал его как голодный младенец, издавая громкие стоны. Мамочка билась на мне, изо всех сил прижимаясь ко мне низом живота, затем
приподнимая его так, что писюн почти выходил наружу и снова с силой опускалась, вгоняя писюльку в себя до основания... Пальцы ее рук больно впились в мои
плечи, мама громко закричала: - Гоша-а-а! - и обессилено упала на меня. Затем она перекатилась вбок и улеглась на спину. Минут пять мы лежали молча и
приходили в себя. Потом мама негромко заговорила: - игорек, теперь я знаю - мне уже не нужен никто, ни один мужчина, кроме тебя... такое счастье... такое
наслаждение... любимый мой, только ты, теперь только ты будешь единственной моей любовью. И мамуля опять надолго замолчала. тишину нарушил я: - Мамуля, я
тоже думаю, что лучше просто невозможно... мне было так хорошо, так... слов просто нет. Мамочка, я тебя очень люблю. Я повернулся набок и обнял ее. Рука моя
лежала на ее сисях, а пальцы оказались в ее подмышке. Там все было горя
чее и влажное. Да и у меня пот покрывал все тело. Мама устало проговорила: - Давай поспим немного, надо же отдохнуть. Скоро утро, а нам еще идти к
фотографу. Мама повернула голову и губами нежно прикоснулась к моим губам. Я от удовольствия закрыл глаза и ... уснул.

Когда мы проснулись, было уже десять утра. Мы с мамой посмотрели друг на друга, мама немного покраснела и, отводя глаза в сторону, тихо спросила: - Я
выгляжу ужасно? - Ну что ты, мамулечка, ты прекрасна! Ты самая-самая красивая на свете женщина. - горячо воскликнул я. - настоящая фотомодель. И я с
жадностью стал рассматривать ее роскошное тело. - Ну ладно, ладно - смущенно и довольно сказала мама, - давай, фотомодель, умывайся, одевайся и пошли
работать. Мы быстро собрались и пошли к хозяйскому дому. На веранде сидел за столом пожилой, седоволосый мужчина в очень приличном костюме. На столе перед
ним стояли кувшин и стакан. И еще лежала толстая пачка денег. Мама сказала: - Мы пришли... мы готовы. Мужчина внимательно посмотрел на нее, потом на меня. -
Я вижу, что вы готовы. Вот деньги - он показал на пачку купюр, затем встал и произнес - Вам хватит. До свидания. Мужчина поклонился маме, кивнул мне и пошел
к выходу. - Подождите, - воскликнула мама - а съемка? - Съемка? - по
вторил за ней мужчина и посмотрел на нас с непонятным выражением - а съемка уже не нужна. Он еще раз коротко поклонился, повернулся и вышел. Мы с мамой
переглянулись, мама подошла к столу и взяла пачку денег в руки. Зашелестели пересчитываемые купюры. - Гошка! - вскрикнула мама, - здесь ровно тысяча. Ну и
ну... - так это здорово! Можно все лето отдыхать - завопил я, - давай поедем...

И мы поехали.., но это уже совсем другая история.



Рейтинг: 3.72/5
Просмотров: 14326
 Разместил: ronero

 «   Август   » 
пнвтсрчтптсбвс
12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Вы стандартной ориентации?

Да!80% 80%[5418]
Незнаю...10% 10%[737]
Нет.8% 8%[575]

Всего ответов: 6730


· Как же я скучала!
· Нежданчик
· Наказание мочевого пузыря
· Там-тарам-тарах тетя
· Пикник Марджори
· Происшествие
· Должностные обязанности
· Соревнование
· Автомобильная поездка
· Странная история
· Происшествие в лифте
· Потерпи для меня
· Дискомфорт Джейн
· Семиклассница
· Реальное наблюдение в Будапеште
· Пансионат (часть I)
· Вот такой вот Татьянин день
· Законы природы или укрощение строптивой
· Карен
· Случай на презентации




Все права защищены. Копирование материала запрещено, нарушение авторских прав будет преследоваться законом.