Меню
Главная
Реклама
Эротические Рассказы
Эротические Новости
Эротические Опросы
Видео


Анал
Азиатки
Блондинки
Брюнетки
В душе
Домохозяйки
Знаменитости
Изящные
Красотки
Медсестры
Молоденькие
На пляже
Негритянки
Офис
Полицейские
Скрытые камеры
Студентки
Съемки под юбками
Темы Рассказов
А в попку лучше
Бисексуалы
Гетеросексуалы
Гомосексуалы
Группа
Жено-мужчины
Живительная влага
Зоофилы
Из запредельного
Измена
Инцест
Классика
Лесбиянки
Миньет
Наблюдатели
Остальное
По принуждению
Подростки
Потеря девственности
Поэзия
Романтика
Свингеры
Служебный роман
Случай
Странности
Страпон
Студенты
Фантазии
Фетиш
Экзекуция
Эксклюзив
Эротика
Эротическая сказка
Юмористические
Я хочу пи-пи
А в попку лучше
Эротическое фото
Фото
На связи
Всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

...



29-07-2005  СОН (эротический роман) часть 6
Страница: 1/1

Заквагон стоял на отдельном пути. В нем уже ждал караул, который вместе с прапорщиком и Сашкой, должен был сопровождать осужденных. Дуриков до Сычёвки, а остальных с дозаправкой в Можайске, на Урал. Дуриков разместили в первой камере, которая находилась последней от купе караула, у самого туалета. Уже через полчаса после посадки Сашка понял, почему их разместили именно там. Нестерпимая ,тошнотворная вонь шла из этого купе, т.к. двое дуриков обосрались, прямо в штаны. Один из них радостно ги-гикая , запустил руку себе в штаны и, достав кусок говна, стал его жрать. Зеки из других камер умоляли открыть окна и пристрелить дуриков. Открытые окна незначительно помогли проветрить помещение вагона, т.к.вагон ещё не был присоединён к поезду… Потом, когда состав тронулся, все припали носами к решеткам дверей купе-камер и с жадностью вдыхали потоки свежего воздуха.
Сашке очень хотелось познакомиться и поговорить с тем пожилым зеком, которого избивал дежурный по этажу, но он боялся подходить к камере, где сидели дурики, боялся ,что его вырвет от их вида и вони исходившей от этих людей… Сашка прохаживался по коридору вдоль камер с осуждёнными, когда услышал чей-то голос:
- Молодой человек! – Сашка остановился и прислушался.
- Молодой человек, можно вас на минуточку?!
Сашка посмотрел и увидел чьё-то лицо, прижатое к решетке первой камеры.
- Да, да, это я вас звал. Простите, но у меня к вам просьба. – говорил тот самый зек, о котором думал Сашка.
- Слушаю вас. – ответил он.
- Я конечно понимаю, что в камерах курить строго запрещается, но дело в том, что наш так сказать сокамерник, пардон обкакался. И как вы сами могли заметить воздух у нас в камере чистым, простите, назвать никак нельзя. Поэтому я хотел бы вас попросить, если конечно это не навредит вам самому разрешить нам выкурить одну, всего лишь одну сигарету на троих с товарищами?! Если нельзя, нельзя! Мы потерпим! – и он посмотрел на Сашку взглядом, каким может смотреть только поистине интеллигентный человек. Сашка достал из кармана пачку "Опала" и, вытащив оттуда три сигареты, протянул в камеру. Прикурив свою сигарету, зек снова подошел к решетке.
- Простите , я не поблагодарил вас.
- Не стоит. Что сигарет жалко?!
- Да, сигарет не жалко, вы правы. Но я хотел вас поблагодарить за ваше поведение там, в тюрьме, когда меня бил капитан.
- Да, я же не вступился за вас, я промолчал, струсил! – ответил Сашка, краснея.
- Да, не вступились, но вы и не могли ничего сделать и мне помочь. Главное, что в вашем сердце, в вашей душе был порыв. Я это видел, даже если хотите ,чувствовал! Ах, что это я? Разрешите представиться – Павел Николаевич Оболенский, бывший член академии наук, лауреат Ленинской премии в области археологии… А вас, мой друг, как позволите величать?
- Саша, Александр Никольский.
- Хорошее сочетание имени и фамилии…
- Простите, Павел Николаевич, а почему вы здесь?
- О, Сашенька! Вы позволите мне вас так называть? Понимаете, как говорил один небезызвестный человек – Есть многое на свете друг Горацио , что и не снилось нашим мудрецам! Я не хочу отнимать ваше драгоценное время такой ерундой. Да и не безопасно это! – вдруг шепотом сказал он.
- Но я бы хотел узнать, за какое такое преступление попадает в тюрьму такой человек. Да не просто в тюрьму, а в дурку!
- Вы, мой юный друг, как и все молодые, максималист, да, да! Максимализм свойственен вашему возрасту. Но поверте, я нисколько вас не осуждаю, упаси Боже! А давайте я расскажу вам сказку. Вы любите сказки? Ну и чудненько. И так. В одной сказочной стране жил сказочный народ. Народ этот жил хорошо, даже очень хорошо, потому что у каждого была квартира, работа, а у всего народа было горячее любимое им же, народом, избранное правительство, которое и правило этой чудесной страной. И жил в этой стране один учёный. Он, как и все, горячо любил и страну, и правительство. А занимался этот учёный поисками того, что лежало веками в земле. И находя, пусть даже маленький черепок от старинного горшка, радовался находке как ребёнок. Находил он и его ученики, также много старинных украшений и драгоценностей. Всё это выставлялось в музеях. И был он большим специалистом своего дела. И вот однажды он нашёл, в одном из курганов, усыпальницу, в которой также находилось множество древних украшений из серебра, золота и меди. А у этого самого учёного была феноменальная память, и он сразу вспомнил, только взглянув на эти украшения, что точно такие находятся в центральном музее столицы этой страны. Вернее не все украшения, а корона, усыпанная множеством драгоценных камней и увенчанная огромным алмазом. "Да, да, да! Конечно, совпадения не может быть!" – подумал учёный. Форма, манера исполнения, орнамент, всё говорило о том, что скорее всего эти две вещи изготовлены одним мастером. Но учитывая то, что обе находки сделаны совершенно в разных местах этой необъятной страны, можно было сделать заключение, что… Да! Тут была обширная почва для гипотез. И тогда сел этот учёный в самолёт и полетел в столицу. А в столице сразу поехал в тот музей и достал ту корону и стал сравнивать с новой находкой. Но вдруг ему показалось, что камни в старой короне не играют в лучах света, как должны играть. И ,изучив их внимательно, он пришёл к страшному заключению – камни в короне, что находилась в музее были фальшивыми! Тогда он стал проверять другие украшения, тоже фальшивка! А так как этот учёный был человек честный и патриот своей Родины, он тут же написал заявление в милицию и несколько писем в правительство и академию наук с требованием срочно создать комиссию по расследованию этого, с позволения сказать инцидента. Наивный! Он и не догадывался какие люди за этим стоят… А потом было всё очень просто. Сначала ему предложили обо всём забыть и продолжать работать. Но он был честным и гордым человеком. Тогда ему намекнули, что в жизни человека всякое может случиться, например, умереть от сердечного приступа, или, не дай Бог, в квартиру влезут воры и убьют, как известную актрису Зою Фёдорову. Но и тогда, он продолжал стоять на своём . И однажды к нему в кабинет зашли несколько человек и стали производить там обыск. И конечно очень быстро в шкафу в одной из книг нашли пачку долларов. Дома, потом, они также нашли доллары и несколько старинных золотых монет, якобы ранее украденных из музея. А потом было следствие и очень сердобольный следователь, который строго допрашивал его, а потом шёпотом вдруг стал говорить, что он и сам против этого режима, что и ему они надоели. Что вся правящая верхушка давно погрязла в коррупции, и что дочка правителя коллекционирует бриллианты и другие драгоценные камни. Мол именно из-за этого убили Зою Фёдорову и для неё подменяют камни в музейных экспонатах… В общем суд был закрытым и признали этого учёного психически невменяемым и направили на принудительное лечение. Куда вы уже, я думаю , догадались… Вы молоды и у вас вся жизнь впереди. Я хочу, если позволите, дать вам один совет. Не надо совершать в жизни подвигов, постарайтесь не делать в жизни подлостей! Я действительно очень вам благодарен за то что вы подарили мне эти тридцать минут. Тридцать минут беседы с умным человеком.
- Да, но я же ничего не говорил! – удивлённо произнёс Сашка.
- Это же и прекрасно! Вы умеете слушать, а это и есть признак ума. Спасибо и прощайте! – и он сел на полку, отвернувшись от Сашки…
Сычёвка оказалась скорее посёлком, чем городом. И единственной достопримечательностью которого, была лечебница закрытого типа, а проще говоря – зона. От гражданки зону отделял высокий деревянный забор, за которым была тропа. По ней ходили часовые. Далее шел забор из металлической сетки, на верху которого лежала скрученная колючая проволока. В нескольких метрах от этого забора стоял точно такой же, только по нему шёл электрический ток. Между этими заборами была вспахана земля, которая называлась ксп – контрольно следовая полоса. Было ещё несколько препятствий оснащённых разными датчиками. И конечно по углам стояли вышки…
Сашка быстро освоил караульную службу. И ходя взад и вперёд по тропе, он пел тихо песни и читал стихи. Правда ночью было, конечно страшновато, но служба есть служба. Прошёл месяц. Однажды, когда Сашка снова был в карауле днём, он с вышки наблюдал за дуриками, которые ходили по зоне. Вдруг он увидел знакомую фигуру. Приглядевшись, Сашка узнал его. Это был тот человек, учёный с которым он разговаривал в поезде во время этапа. Но что-то странное было в его движениях и поведении. Он постоянно озираясь по сторонам крутил головой, изредка пригибаясь и вжимая голову в плечи, словно закрываясь от удара, поднимая руки… Сашка, взяв бинокль, посмотрел через него на учёного. И вдруг их взгляды встретились. От неожиданности Сашка отшатнулся. На него стеклянными глазами, взглядом скорее животного, чем человека, со страшной гримасой на лица, смотрел тот человек. Хотя человеком это уже вряд ли можно было назвать. "Боже мой! Ведь всего месяц назад этот человек рассказывал мне о своей работе, раскопках, археологических открытиях!" – думал он… Вернувшись из караула Сашка, сидя на табуретке в туалетной комнате, курил сигарету и думал о людях, о жизни.
- Ты чего такой грустный? До дембеля минутки считаешь? – услышал знакомый голос. – А я всё, завтра отчаливаю. Как говорится до дома, до хаты! Не грусти, браток . Ещё недельку, другую и тебя тоже дембельнут, дай-ка закурить! – Это был сержант Петренко. Он был одного призыва с Сашкой и сейчас собирался на дембель. Петренко сел рядом с Сашкой и прикурил у него сигарету.
- Да ты понимаешь, - ответил Сашка, - месяц назад, ну когда я к вам сюда ехал, мы конвоировали группу зеков в зону. И был среди них один. Ну, в общем абсолютно нормальный! Да, да! Я же с ним разговаривал. Да он был нормальнее многих из нас! А сегодня с вышки я его увидел. Ты не поверишь, но он стал настоящим дебилом! Понимаешь? Не человек уже, а животное! Как же это?!
- Э, земеля! Ты тут только месяц, а я уже два года. И такого повидал и насмотрелся. Да тут из человека всё что угодно не то что за месяц, за неделю сделают! – и тут он перешёл на шёпот, придвинувшись почти вплотную к Сашке.
- Тут , брат такое творят… Да я своими глазами видел! Дают больному какую-то круглую коричневую таблетку выпить, а потом двое санитаров его скручивают почти как в бараний рог, а доктор, вот таким здоровенным шприцем , ему как даст куда-то в спину. Прямо в позвоночник уколище! Тот орёт как бешенный, а санитары-то его держат. Минут через пять затихает и уже перестаёт дергаться. Тогда тот же доктор ему разные картинки показывает, и вопросы задаёт, а тот только мычит как корова что-то. Но самое интересное, что медсестра, ну помощница этого доктора, всё это в журнал записывает, как будто что то можно разобрать в его мычании. А ты говоришь?!
- Но это же ужас! – произнёс Сашка.
- Ужас?! А ты знаешь что такое "Ванька-встанька", а что такое "Жаба"? Ты браток , живёшь как в другом мире, что ли. Ты на землю-то опустись, да открой глаза. "Ванька-встанька", или эту процедуру ещё называют "Мячик", это когда хотят кого-то наказать, или просто так развлечься. Им, вишь , скучно сильно там бывает. Ну вот. Берут, значит дурика, тоже дают ему каких-то круглых таблеток и укол, конечно, какой-то дряни , делают. А потом в аквариуме закрывают. Ты чё, аквариум не знаешь? Ну, это такая комната, где-то три на три метра. Только стены в ней стеклянные. Так вот, через несколько минут, дурик начинает метаться по этой комнате, ну по аквариуму. Да только вот в чём вся соль, он не просто мечется. У него каждые несколько секунд возникает новое желание. Только сел, тут же встаёт. Сделал пару шагов, ложиться. И так без остановки приблизительно два часа. Говорят, что от этих лекарств, в башке, какое-то реле перемыкает, и мозг постоянно подаёт разные сигналы. Короче, от этих упражнений дурик этот теряет несколько килограмм! То-то.
- А "Жаба"? – спросил Сашка.
- "Жаба", это попроще . Там тоже какой-то дряни дают выпить и что-то колят. И практически через несколько минут у человека всё тело раздуваться. Глаза вылезают из орбит, язык разбухает и вываливается изо рта. Щеки, шея. Хер, вообще становиться толщиной с бутылку. Точно говорю, сам видел. Эх, жаль что ты к нам поздно попал. А то бы я тебе такого тут показал да рассказал, ни в каких там ужасах не найдёшь! Да они тут в семёрке такие опыты на дуриках проводят, волосы не то что на Глове, на жопе дыбом встают!
- В семёрке? А что это, семёрка? – спросил Сашка. Петренко, мгновенно побледнев, испуганно пробормотал:
- Какой Семёрке? Не знаю я ни какой семёрки. Да и вообще ничего я не знаю. Чего пристал-то? Анекдот я тебе рассказывал, понял?
- Конечно анекдот, а ты что подумал?! – спокойно ответил Сашка и отвернулся.
- Ты это. Ты забудь всё что я тебе тут наговорил, слышишь?! – немного успокоившись тихо сказал Петренко. – Тут ведь как? Меньше знаешь, лучше спишь! Согласен?
- Да о чем ты, не пойму я что-то?! Ну рассказал анекдот, ну посмеялись, так что? А больше я ничего не слышал. Иди, тебе уже пора домой собираться.
- Да, да, мне пора! Ну так таво, значит, я пошёл? – и он вышел из комнаты. А Сашка ещё долго молча сидел размышляя об услышанном от сержанта…
А через неделю командир роты сказал Сашке, что он должен отбыть в Смоленск для демобилизации.
В полку Сашка получил все документы. Потом он зашёл на кухню к тёте Маше, вернее к Марии Ивановне. Та встретила его своей дежурной улыбкой.
- Здравствуй, здравствуй мой хороший! А я уже успела соскучиться по тебе. Ну, как ты там вёл себя без меня, не шалил? Да, наверное ты уже и забыл старуху-то?! Да ладно, ладно, не шаркай ножкой. Это всё лирика. А теперь о деле. Вот тебе телефончик. Скажешь, что от меня и тебе помогут устроиться на работу. Но смотри, чтобы там без фокусов! Чтобы не смел свой конец совать во всякие грязные дырки. Он теперь уже не только твой, он теперь наш! И запомни, у меня везде свои глаза и уши есть. Спортом продолжай заниматься, питайся правильно, да и вообще приоденься. Ты должен выглядеть на все сто, а работать на все двести! На-ка, возьми вот это. – и она протянула Сашке конверт. Он открыл его и достал сберегательную книжку на предъявителя, в которой значилась тысяча рублей. Сашка удивлённо посмотрел на Марию Ивановну и протянул ей книжку.
- Что вы, я не могу, это же сумасшедшие деньги!
- Бери, кому говорю! Я тебе не фея из сказки, чтобы делать бесплатные подарки! Это деньги твои, честно заработанные за этот период, плюс аванс за последующие работы. Только деньги трать с умом, не транжирь, не сори. Купи костюмчик посолидней, джинсы-шмынсы ,там разные, и в любую минуту будь готов, как юный пионер. Как говориться к труду и обороне. А будешь себя хорошо вести, так у тебя всё будет! Ну ладно уж, иди поцелую тебя на прощание. Да, и никому ни слова! А то ты у нас любитель поговорить по душам, как я слышала?! Так запомни, твоя душа – это я! А дуриков разных жалеть и совать свой нос куда собака хер не сунет, забудь раз и навсегда. У меня на тебя большие виды и планы. Ведь ,слишком много в тебя сил, и средств вложено. Так что ты теперь часть меня, моей воли и разума! Ладно, всё иди, иди с Богом!...




Часть третья "Водоворот жизни"
>

Пару дней Сашка только отсыпался, навёрстывая ,упущенное за годы службы в Армии. На третий день он сходил в военкомат и встал на учёт. По дороге из военкомата он зашёл в центральную сберкассу и снял по книжке пятьсот рублей. В поисках костюма он обошёл несколько больших магазинов, но нигде ничего подходящего не было. И только в комиссионке на Советской он наконец-то нашёл что искал. Тёмно-синий с отливом костюм тройка, из мелкого вельвета сидел на нём, как по нему сшитый. "Да, умеют финны шить!" – подумал Сашка, выходя из магазина. В ЦУМе он подобрал под костюм светло-голубую рубашку и синий в серую полоску галстук. Там же в отделе обуви он приобрёл югославские модельные туфли. Оставалось прибарахлиться на будни, и Сашка на следующий день поехал на чёрный рынок. Там он купил джинсы "Вранглер" и джинсовую рубашку, а так же кроссовки "Адидас". Всё, теперь он был полностью упакован . Вернувшись домой , он достал листочек и с номером телефона и позвонил. К телефону долго ни кто не подходил, и Сашка уже хотел повесить трубку, как на том конце приятный женский голос сказал:
- Алло, я вас слушаю!
- Добрый день! – ответил Сашка – Мне ваш номер дала Мария Ивановна…
На том конце провода молчали. Сашка тоже не знал? что ещё сказать. Но тут женщина ответила:
- Вы Саша? Александр Никольский?!
- Так точно! То есть , простите, да!
- Значит так. В понедельник подъезжайте к восьми утра на завод "Аналитприбор". Вас там встретят и оформят на работу. Да! Обязательно захватите с собой диплом и паспорт. У вас есть трудовая книжка?
- Нет!
- Тогда это всё. До свидания! – и она повесила трубку…
В понедельник без четверти восемь Сашка стоял на проходной завода. Вахтёрша сердито посматривала на него, ворча себе под нос:
- Ишь, вырядился, понимаешь! Сами и жизни-то не нюхали , а все норовят в джинсы разодеться, тьфу срамота!
- Да чего ты всё ворчишь, Матвеевна? Их дело молодое, так пусть красиво и одеваются! – успокаивала её другая вахтёрша из соседней кабинки.
- Какое ж это молодое?! Мой , вон тоже все уши прожужжал – хочу джинсы, купи джинсы! А ты знаешь, сколько они стоят?
- Ну, думаю рублей под сто?!
- Под сто?! Сказала не подумав. И сто пятьдесят, или даже двести не хочешь?!
- Да ты чё, серьёзно?
- А то!
- А на энтом и джинсы, и рубаха и эти, ну как их? Кроссовки, во! – и она подняла указательный палец вверх, одновременно подсчитывая общую сумму. Сашка хотел засмеяться, но отвернулся от них чтобы ещё больше не злить народ.
- Вы Александр Никольский? – вдруг услышал он знакомый женский голос, и повернулся. Перед ним стояла уже немолодая женщина со следами былой красоты на лице. Её волосы были заколоты на голове сзади. А её фигуру, довольно неплохую для этого возраста, подчеркивающе облегал пиджак из бархата цвета какао. И такого же материала и цвета юбка.
- Да. – ответил Сашка.
- Меня попросили вас встретить и помочь всё оформить. Документы при вас? Тогда пройдёмте в отдел кадров.
- Простите, - остановил её Сашка, - Простите, это я с вами тогда разговаривал по телефону?
- Нет, с вами мы не знакомы. – ответила она и пошла по коридору. Они зашли в кабинет начальника отдела кадров, и она села в кресло начальника.
- Присаживайтесь, пожалуйста! Разрешите ваши документы? Благодарю. – и она, взяв у Сашки документы, стала быстро и пролистывать.
- Ну , что же. Я могу вам предложить место инженера в отделе комплектации. Вы молоды, семьи у вас, как я понимаю, ещё нет и, в ближайшем будущем, не предвидится. Работа интересная, частые командировки в разные города союза. Оклад сто сорок. Свободный проход и выход на территорию завода в любое время. Вот пожалуй и всё. Если согласны, то я вас сейчас проведу в отдел комплектации, и вы приступите к работе. А документы пока останутся у меня, для оформления и заказа для вас пропуска. Прошу! – И она, встав со стула, пригласила Сашку выйти из кабинета…. Отдел комплектации находился на втором этаже этого же корпуса. Начальником в этом отделе был человек невысокого роста предпенсионного возраста по фамилии Шут. Семён Львович Шут – как он сам и представился, протягивая Сашке руку из-за стола.
- Ну, вы тут уже сами, а я пошла. Да, Никольский! В конце дня зайдите ко мне за пропуском. – И она вышла из кабинета.
- Ах, какая женщина! Ей бы дивизией командовать, а она тут с нами. – грустно посмотрев на только что закрывшуюся за начальником отдела кадров дверь, сказал Семён Львович. Потом он, откинувшись на стуле, как-то с хитрецой спросил:
- Не еврей, нет?!
- Нет, но сочувствую! – заговорчески наклонившись, в сторону начальника, ответил Сашка. Семён Львович на секунду задумался, а затем разразился таким смехом, что Сашка, не выдержав, тоже стал смеяться.
- Да, я думаю, что мы сработаемся! – сквозь смех произнёс Семён Львович. – Комплектация, это вам не болтики-винтики в цехе крутить. Комплектация – это искусство! Тут думать головой, я извиняюсь, а не жопой надо. А при нашей жизни часто очень трудно различить ,что у человека где, и чем он сейчас думает! Всё, прошу в отдел для знакомства с коллективом! – и они вышли из кабинета, но не в ту дверь что входили, а в другую, расположенную справа от стола…
В большой комнате стояло несколько столов, за которыми сидели работники. Слева, сразу у этой двери, стоял стол, за которым сидела молодая женщина лет двадцати пяти. Рядом с ней сидела ,более старшего возраста, женщина. Далее было пустое пространство и пустой стол, к которому с торца примыкал другой стол, за которым сидела женщина лет около пятидесяти со смуглой кожей и горящими глазами. Слева от неё сидела последняя в этом отделе женщина. Она была крепкого телосложения с большой грудью. Такая взращённая на украинской сметане и сале взбитая бабёнка . Был ещё один пустой стол около неё.
- Знакомьтесь, это наш новый работник э…
- Никольский Александр! – подсказал ему Сашка.
- Надеюсь, холостой ? - томно произнесла смуглянка.
- Постыдись, Светка! Он тебе в сыновья годится.
- А я что? Я так для информации! – и она вздохнув демонстративно поправила грудь.
- Тьфу ты! Лучше бы представилась человеку!
- Светлана Николаевна. – жеманно приподнявшись со стула, ответила она. – Веду группу РТИ, что в переводе означает Резино технические изделия! Так что если вам Александр когда-нибудь понадобится резинотехническое изделие, не бегите в аптеку, а обращайтесь ко мне, я всегда рада помочь! – и она, закусив нижнюю губу села на место.
Все дружно рассмеялись.
- Ну всё, всё. Хватит балагана! – хлопая в ладоши, сказал Семён Львович. – Это Галина Николаевна. – и он указал на сидящую рядом со Светланой Николаевной хохлушку.
- Здесь у нас Серёга Хрупкин сидит, но он сейчас в командировке в Курске. Это Оля, а это Елизавета Викторовна. Всё, остальное сами. Да, вот твой стол. Садись, осваивайся. Как говорится – вникай! – и он вышел. Сашка сел за свободный стол у окна, рядом с Светланой Николаевной. Тут же она подсела к нему.
- Ну давай, рассказывай кто ты, что ты. Где учился, с кем долбился?! – и она весело рассмеялась. Галина Николаевна тоже подошла к Сашкиному столу. Она облокотилась руками о стол, наклонившись немного в Сашкину сторону. На ней была белая кружевная блузка и такой же белый лифчик через которые тёмными пятнами пробивались пятаки вокруг сосков её потрясающей груди. Сашка несколько секунд неотрываясь смотрел на неё, но почувствовав, что я быстро поднимаюсь, отвернулся.
- Ох, какой молоденький , красавчик! И одет по моде. – не унималась Светлана Николаевна.- А ну, встанька , мы на тебя ещё раз поближе посмотрим.- скомандовала она, помогая Сашке приподняться. Он покраснел от смущения.
- Ну что, сзади хорош. А ну-ка теперь спереди? - И тут она осеклась. Когда Сашка посмотрел вниз, он понял ,что произошло. Как давно он не носил брюки в обтяжку! И сейчас, забыв осторожность, он позволил мне подняться. Да, на фоне обтягивающих джинсов , я настолько чётко выделялся, что только слепой мог не заметить. Причём, прижатый плотной тканью джинсов, я расположился во всю длину по ноге к колену…
Светлана Николаевна, через несколько секунд, придя в себя, произнесла:
- Да, теперь наш отдел полностью укомплектован и все члены коллектива на месте!
Сашке работа нравилась. Он с удовольствием ездил в командировки, успев объехать за полгода работы многие города необъятной Родины. Из каждой командировка он обязательно привозил какие-то сувениры и дарил их женщинам из отдела. Он уже давно чувствовал что, практически каждая не прочь переспать с ним, но придерживался старой мудрости гласившей: "Где работаешь, там не трахайся", держался подчёркнуто вежливо, но соблюдая дистанцию с ними. Однажды, когда он в очередной раз вернулся из командировки, Сашка заметил, что стол Светланы Николаевны придвинут вплотную к его столу.
- О! Я рад, что теперь мы с вами стали более близкими соседями! – с улыбкой сказал он Светлане Николаевне.
- Ты правда рад?! – спросила она.
- Конечно!
- А я вычитала в журнале "Здоровье" рецепт молодящего коктейля. Сначала надо выпить одно сырое яйцо. – И она ,очистив кончик яйца, быстро выпила его содержимое. – Затем. Затем нужно взять ещё один компонент, основной компонент! Ты мне поможешь?
- Пожалуйста, но чем? – непонимающе ответил Сашка.
Светлана Николаевна наклонилась к его уху и стала тихо говорить:
- Если тебе не жалко, ты дашь мне немного твоей спермы? – Сашка удивлённо посмотрел на женщину, но она, не дожидаясь ответа, положила ему свою руку на джинсы. От её прикосновения я, как по команде, стал быстро вставать, продвигаясь по штанине. Она, нежно поглаживая, изредка сдавливала меня пальцами. А когда она ощутила под своей ладошкой меня уже полностью ставшего твёрдым, Светлана Николаевна попыталась расстегнуть молнию на джинсах.
- Что вы! Нас могут увидеть, или Семён Львович вызовет вдруг меня! – пытаясь убрать её руку прошептал Сашка. Но она и не собиралась отступать.
- Тихо, тихо! Ни кто не заметит, если ты будешь сидеть спокойно! Я всё сделаю в лучшем виде, ты только не мешай! – и она, делая вид, что что-то читает, расстегнула молнию. Затем она аккуратно достала меня и стала дрочить.
- Какой он у тебя красавец! Просто огромный , это чудо! И твёрдый. – шептала она.- Эх, мне бы его в другой обстановке, уж я бы из него все соки высосала! – Говорила она продолжая дрочить. А надо сказать, что делала она это очень профессионально. Её ручка пробегала по мне от головки до самых яичек. Сашка представил Светлану Николаевну, стоящую перед ним на коленях и сосущую меня. От этих мыслей и от её действий, он почувствовал приближение оргазма.
- Когда будешь кончать, скажи. Я скорлупку подставлю! – словно почувствовав его желание ,предупредила она. Через несколько секунд Сашка, весь сжавшись, тихо выдавил из себя "Да!" . Она тут же подставила левую руку с яичной скорлупой. Когда я закончил выброс спермы, Светлана Николаевна как бы случайно уронила на пол ручку и нагнулась чтобы её поднять. Под столом она быстро всунула меня себе в рот и стала сосать, помогая себе рукой, которой водила по моему стволу. Но, второй раз Сашка кончал очень долго , а времени ждать, ещё минут двадцать, у неё не было, и она вылезла из под стола, прихватив упавшую ручку.
- Галь, а ты не хочешь мой новый коктейль из сырых яиц попробовать?! – вдруг совершенно неожиданно для Сашки спросила она Галину Николаевну. Та, встав со стула, подошла к столу подруги.
- Давай пополам тяпнем , это того стоит! – подняв яйцо, заполненное Сашкиной спермой, сказала она и отпила немного. Галина Николаевна, словно рюмку с водкой, быстро опрокинула содержимое яйца себе в рот, но тут же замерла, уставившись на Светлану.
- Давай, давай, глотай, а то замёрзнешь! – пошутила Светлана Николаевна и Галина, сделав усилие над собой, проглотила Сашкину сперму. Сашка за это время успел спрятать меня обратно в джинсы и теперь с интересом наблюдал за этими женщинами.
- Ладно , пойдём выйдем на свежий воздух, чуть подышим кислородом! – вставая со своего места, и обняв подругу, сказала Светлана Николаевна. Через минут пятнадцать они вернулись, весело переговариваясь. И только Галина Николаевна стала как-то странно посматривать на Сашку. Когда он что-то писал, или разговаривал с кем-то по телефону, он постоянно ощущал на себе её взгляд. Однажды посмотрев в её сторону они встретились взглядами и Сашка увидел в её глазах, глазах женщины, имеющей любимого мужа и двоих детей, такой интерес и желание, что даже покраснел. А потом пришёл Сережа Хрупкин и позвал Сашку, идти в столовую обедать… Серёжа Хрупкин был симпатичный парень примерно Сашкиного возраста. Он был добрый, отзывчивый и безотказный человек. За все эти качества Серёжу все любили, а в отделе женщины относились к нему как к младшему сыну. Жил Серёжа вдвоём с мамой в двухкомнатной квартире. Он очень любил свою маму и двух кошек, которые жили в их квартире. Но при всех этих положительных качествах, Серёжа Хрупкин был маньяк… А началось всё лет восемь назад…
Когда Серёже было четырнадцать лет, он жил в деревне. И будучи по характеру спокойным и отзывчивым мальчиком, помогал по хозяйству не только бабушке, у которой жил, но и всем соседям, кто обращался к нему за помощью. Однажды его попросила помочь перекопать огород тётя Нина, соседка. Тётя Нина была женщина, как говорится, в самом соку. В свои тридцать пять лет она была уже три раза замужем, и три раза вдовела. По деревне ходили слухи, что она попросту извела своих мужиков неуёмным желанием, не давая им покоя ни днём ни ночью. Её ненасытность в постели многие называли болезнью, но большинство сходилось на мнении, что никакая это не болезнь, а обыкновенное блядство. Деревенские бабы Нинку недолюбливали, боясь за своих мужиков, которые только и ждали удобного случая, чтобы заскочить на палку чая к молодухе . Сережа часто подглядывал за соседкой с чердака своего дома. У него был оборудован там наблюдательный пункт, откуда хорошо просматривались не только двор, но и окна дома соседки. И сидя на чердаке, Серёжа левой рукой держал бинокль, через который следил за действиями тёти Нины, а правой дрочил. Она редко задёргивала занавески, и поэтому Серёжка, приближая до расстояния вытянутой руки биноклем, разглядывал её фигуру, когда она раздевалась чтобы помыться после работы в огороде. У её была довольно большая, хотя и отвислая грудь, складки жира на животе практически полностью закрывали лобок, который она всегда намыливала особенно тщательно. Однажды Серёжка увидел как тётя Нина во время мытья, вдруг взяла со стола большой и толстый огурец и немного присев, одновременно раздвинув ноги, стала вводить себе между ног этот самый огурец. Так она водила огурцом несколько минут, как вдруг выпрямилась и пошла к окну! Да, да, да! Она шла с огурцом в пизде и он, огурец, пока она шла, не выпал! И сейчас, когда Серёжка, стоя напротив неё, погружал свою лопату в землю, он представлял, как ласкает её прямо здесь на грядках. Она, вся перепачканная замлёй, лежит голая, а он своими грязными руками мнёт её огромные сиськи , а потом засовывает руку её между ног, прямо в пизду. Соседка извивается и пытается кричать, но он свободной рукой , тоже перепачканной землёй, закрывает ей рот. И куски земли с его руки осыпаются прямо в её открытый рот. А потом он начинает её трахать , и она кричит от удовольствия. Нет, она кричит от боли! Да, ей больно, ей очень больно! Ведь он её ебёт уже не членом, а черенком от лопаты. А черенок заходит всё глубже и глубже. И вдруг… Вдруг она дёрнувшись, затихает. Тело её обмякло и уже не сопротивляется. И Серёжка почувствовал, как что-то внизу живота и в районе яичек у него сжалось и в туже секунду, как отпущенная пружина, вырвалось из него, вместе со стоном… Серёжа испуганно посмотрел себе на трико и, к своему ужасу обнаружил, что кончил. Тётя Нина, продолжая копаться, не обращала на него никакого внимания, а пятно на трико всё увеличивалось и увеличивалось.
- Ты что, устал? – вдруг спросила соседка. – Ладно, пойдём, я тебя умою и накормлю. Пора и вправду передохнуть.
И она, взяв Серёжку за руку, повела в дом.
- Ты сапоги-то здесь поставь, да и рубаху сними, я потом постираю. Ой, да и трико у тебя совсем грязное?! В общем, так – снимай всё и в трусах заходи!
Серёжа не имел привычки спорить, и потому покорно раздевшись, зашёл в дом. Тётя Нина, тоже раздевшись до комбинации, под которой кроме трусов ничего не было, повела его к сараю.
- Пойдём-ка туда, там-то воду лить лучше, чем в доме на пол?! А ну, наклонись- ка! – И когда Серёжа наклонился, она вылила ему на спину полведра воды. Серёжа вскрикнул, но тут же замолчал, желая показать этой женщине что он уже мужчина. Она же быстро намылила ему спину и грудь, после чего ещё раз окатила водой.
- Ну вот и хорошо, ноги ты сам помоешь, а сейчас плесни-ка и мне водички! – сказала она, снимая комбинацию. наклонив туловище вперёд, она встала в ожидании что Серёжа сейчас её обдаст. Но он как заворожённый смотрел на её тело. Вернее на попу, плотно обтянутую старыми трусами, которые так плотно облегали её, что Серёжа смог разглядеть две чёрных волосинки, пробившихся через них наружу и её половые губы, чётко выступающие из трусов. И вдруг, неожиданно даже для самого себя, он коснулся рукой её трусов. И тут же резко сдёрнул их вниз.
- Ой! – вскрикнула от неожиданности тётя Нина и, выпрямившись, повернулась лицом к Серёже. А он, трясясь, как в лихорадке, дрожащими руками ,пытался снять свои трусы.
- Ты что это надумал, засранец маленький?! – грозно спросила она, но тут увидела его глаза ,и ей стало страшно. Он словно в приступе какого-то заболевания, учащённо дышал и хрипел.
- Да что ты, что ты? Да успокойся ты уже! Ну дам, дам я тебе, только успокойся! – и она легла на землю…
А в голове Серёжи происходило что-то непонятное. Словно какая-то неведомая сила сдавила её и чей-то громкий голос ему говорил: "Она, она, она! Твоя, твоя, твоя!" и каждое слово, пронзая Серёжину голову, эхом отзывалось где-то там, внутри головы… И он, упав на неё стал лихорадочно торкаться членом в её промежность, пытаясь попасть во влагалище.
- Подожди, да подожди-же ты! Сейчас я тебе помогу! – сказала она пытаясь вставить его член в вагину. Но парень так быстро дёргался, что буквально тут же сперма залила её руку.
- Ну, всё, всё говорю! Наебались, слышишь?! Кончил мне в руку прямо. Тоже мне ёбарь нашёлся! А то, ишь , накинулся как орёл, а ебал как кролик! – И она громко расхохоталась. Серёжин приступ как неожиданно начался, так же неожиданно и прошёл. И сейчас он лежал на траве рядом с тётей Ниной и сгорал от стыда. "Господи, что я наделал? – думал он – Да как-же я теперь смогу ей в глаза смотреть?"
- Ладно, иди домой, герой! – сказала она вставая и поправляя трусы. – Иди. А то у меня ещё столько дел …
На следующий день Серёжа боялся выйти из дома. Ему казалось, что когда он пойдёт по деревне, все будут показывать на него пальцами и смеяться. И он, уткнувшись в подушку, проплакал до обеда. А потом пришла бабушка и послала его в сельпо за хлебом. "Ну почему, почему я такой несчастный? Все ребята уже давно ебутся, а я только рукой, да подглядываю?! Вон, даже Колька рябой и то Люську-дебилку ебал!" – думал он по дороге в магазин. Около магазина Серёжа увидел Кальку рябого. Тот, сидя на бревне, лузгал семечки:
- А Серёня, привет! – крикнул Колька. – Иди сюда, что- то скажу.
-Чего тебе? – спросил Серёжа.
- Слушай, поебаться хочешь?
- Ну, а с кем? – вспотев от волнения, ответил Серёжа.
- А так Люську-дебилку будешь? Она всем дает, только надо сосучих конфет купить, ну леденцов. Она только за конфеты даёт. У тебя есть деньги?
- Да, немного есть?
- Ну так давай, иди за конфетами. Я тебя здесь подожду.
Серёжа вместо хлеба купил двести грамм леденцов и вышел к Кольке.
- Молодец! Ну, пошли. Она там, на дровяном складе сидит. – И они направились к складу. Люська действительно сидела на складе. Она уже родилась больной. Отец её очень сольно пил. Да ещё в деревне говорили, что когда её мамка была Люськой беременна, он её каждый день бил. Она даже в больнице лежала, но выжила. А потом и Люська родилась, да вот только совсем дурочкой. В свои пятнадцать лет Люська роста была обычного, но абсолютно безгрудая и какая-то квадратная. Не пацан , и не девка. И хоть всегда она улыбалась, вряд ли понимала ,что ей говорят.
- О, Люська, привет! – радостно сказал Колька. – А мы тебе конфеток принесли, хочешь? – И он достал одну конфетку, стал крутить ею у лица девочки. Та , открыв рот, тягуче словно с замедленной скоростью пластинка, произнесла:
- А-а-а-а-да-й, х-о-ч-у!
- А если хочешь, становись раком! – скомандовал Колька. Люська встала и задрав платье спустила трусы. Затем она, встав раком, облокотилась на дрова. Колька положил перед ней три конфетки и подошел сзади. Люська, урча, стала пытаться их развернуть, а Колька, приспустив штаны, стал засовывать свой член в неё. После нескольких попыток ему это удалось. Люська , словно ни кто её и не ебал, стоя раком грызла леденцы, совершенно не реагируя на действия Кольки. Колька быстро кончил, и деловито вытерев свой член о платье Люськи, все в сторонке закурил.
- Ну, чего ждёшь? Давай, теперь твоя очередь! Только дай ещё конфет.
Сережа положил перед Люськой ещё несколько конфет. Потом он подошёл сзади. Расстегнув брюки, он достал уже давно стоящий член. Самое страшное было в том, что он не знал точно куда надо совать! Приглядевшись, он увидел, что из одного места вытекает Колькина сперма. И, пристроившись, попытался направить туда свой член. На удивление у Серёжи получилось с первого раза. Чуть надавив, член вошёл в какое-то плотное отверстие. Там было тепло и влажно. Голова у Серёжи закружилась от удовольствия. "Боже мой! Я ебусь, я ебусь!!!" - радостно думал он. И вот, когда снизу уже подкатила волна и он в предчувствии оргазма закрыл глаза… Вдруг кто-то громко рявкнул прямо рядом с ним. Это было настолько неожиданно, что Серёжа даже дёрнулся. Люська тоже дёрнулась и заплакала. И тут Серёжа почувствовал сильную боль, словно кто-то, зажав его член в слесарные тиски, быстро сжимает губки. И боль эта не была равномерной, наоборот, она усиливалась с каждой секундой. Казалось ещё чуть-чуть и член его лопнет раздавленный. Сережа попытался вытащить его, но замок боли крепко держал его в своих объятиях.
- Чё, испугались?! – со смехом спросил Колька. Но увидел слезы в глазах Серёжи и, как побледнело его лицо, он остановился.
- Ты чё, Серега? Что случилось-то?!
- Больно! Очень больно! И я не могу вытащить.
Колька опустился на корточки и стал разглядывать место, где застрял Серёжин член. Потом он, тихонько потрогав пальцем, взял Серёжин член и потянул, пытаясь вытащить.
- Ай! – громко вскрикнул Серёжа, - Больно!
- Да, во влипли! – удивлённо сказал Колька. – Ладно, я пошёл, у меня ещё дел много. – и он вышел из сарая. Люська тихо скуля, продолжала грызть конфетки, а Серёжа молил бога, что бы тот помог ему освободиться. Он уже больше не хотел ни Люськи, ни тётю Нину, ни какую другую женщину или девочку. В эту секунду он их всех возненавидел. За их надменность, за то что они постоянно смеются над ним, да за всё…
Серёжа и сам не заметил, как его член вылез из Люськи. Он был красно-синего цвета и сильно болел. Сережа тут же побежал домой. Сидя на чердаке он старался не думать о том, что произошло в сарае. Но в его ушах звучал смех тёти Нины. Этот наглый с издёвкой смех. Сережа с силой прижал руки к голове, стараясь как можно плотнее закрыть уши, но это не помогло. Её голос, словно на карусели крутился у него в голове, всё возвращаясь и возвращаясь. Сережа со стоном упал на пол и стал кататься по нему.
- Нет, нет, нет! – кричал он, но голос, всё тот же голос отвечал: "Да, да, да! Иди, иди, иди! Она твоя, твоя, твоя!" И Серёжа словно провалился куда-то. Очнулся он, когда на улице было совсем темно. Сильно болела голова, и немного подташнивало. Он уже хотел спуститься в дом, но случайно взглянул в сторону дома тёти Нины. В её окне горел свет. Сережа взял бинокль и через него посмотрел в комнату. Там ,за столом ,сидел какой то незнакомый мужик, который, судя по всему, был сильно пьян. На столе стояли две бутылки водки и разная еда. Тут в комнату вошла тетя Нина. Подойдя к столу, она чуть не упала, но оперлась на спинку стула и села на него. Она была тоже сильно пьяна. Мужик, взяв бутылку, налил себе и ей. Они выпили. Тут он схватил её за руку и потянул к себе. Она ,отмахиваясь, локтем стукнула его по лицу. И тут же из носа мужика, как из крана, хлынула кровь. Тётя Нина громко рассмеялась, а мужик, провёл ладонью левой руки по лицу. Затем он посмотрел на неё. Увидев кровь, он вскочил со стула и резким ударом по лицу, свалил тётю Нину на пол. Тут же подскочив к ней, он стал бить её ногами. Та хотела закрыться руками, но ей это мало помогало. Потом мужик подошёл к столу и, взяв бутылку водки, допил её остатки прямо из горлышка. И тут же вырубился, упав головой на стол. Сережа посмотрел на тётю Нину. Она лежала в луже крови. Её платье задралось, оголив полные ноги, которые ещё к тому же были расставлены в очень неприличной позе. И тут снова внутри Серёжи что-то колыхнулось, словно он наступил на оголённый электрический провод. И всё его тело, войдя через стопы, прошёл разряд тока, как иголка сквозь материю. И новый прилив ненависти заполнил его. Он быстро спустился вниз и выскочил из дома. Перемахнув через забор, он взбежал по ступенькам и вошёл в дом. И почти тут же наткнулся на тётю Нину. Она всё также лежала на полу. Её лицо было измазано кровью. На полу тоже была лужа крови. Серёжа быстро задрал на ней платье и, судорожно цепляясь пальцами, стал стаскивать трусы. На трусах было свежее пятно и от них пахло мочёй. Но Серёжу это обстоятельство ещё больше возбудило. Он широко развёл её ноги в стороны и стал пытаться войти в неё. На этот раз ему это удалось… Кончил он бурно, сжав руками её ляжки и застонав. Вдруг она пошевелилась и, застонав, приподнялась и села. Потом она совершенно пьяными и ничего не понимающими глазами пристально посмотрела на Серёжу.
- Не поняла?! - еле выговорила она. – А ты что здесь делаешь? – И тут она увидела обнажённый член мальчика.
- Что?!? Ах ты, гнида! Так ты меня выебал, сука навозная?! Недоносок ,хуев! – и она, махнув рукой, сильно ударила Серёжу ладонью по щеке. От этого удара в его ушах зазвенело. И тут же новая, ещё более сильная волна ярости и ненависть охватила его. И он ударил соседку по лицу. Ударил неумело и не очень сильно, но этого хватило, чтобы пьяная женщина упала. И тут же, словно пёс, сорвавшийся с цепи, он прыгнул на неё и стал наносить удары один за другим.
- Сама, сама сука! Ненавижу тебя! – твердил он, продолжая бить. – Ты, ты блядь! Ты зло, слышишь, ты? Я тебя ненавижу!
Женщина попыталась его сбросить, и ей это удалось. Серёжа упал на пол и сильно стукнулся головой о пустую бутылку из под водки. И тут, схватив эту бутылку, он стал наносить удары один за другим по голове женщины. Та уже не сопротивляясь, тихо лежала на полу в луже крови. Когда Серёжа очнулся, то ему стало так страшно, что он едва не потерял сознание. Продолжая держать в руке окровавленную бутылку, он посмотрел на соседку. Та лежала на полу вся перепачканная кровью. Вместо головы в луже крови виднелось непонятное месиво. Серёжа, в страхе отступая, спиной наткнулся на мужика, который от толчка проснулся.
- А? Что? Ты кто? – спросил он, тупо глядя на Серёжу, но увидев в его руках бутылку водки сразу подобрел.
- А! это молодец, пацан! Давай, выпьем! – и он взял бутылку из рук мальчика.
- В чём ты её, блин, вымазал? – недовольно спросил он и стал протирать бутылку о свою рубаху.
- Во блядь! Да ты чё, пацан? Она же пустая! Ты что, всё сам выжрал? – и он, взяв бутылку за горлышко, поднялся со стула. Сережа быстро метнулся к двери. Мужик хотел было бежать за ним, но ,споткнувшись о тело тёти Нины, упал на пол… Сережа дома стал быстро отмывать руки и лицо от крови. Затем он снял штаны и рубаху и спрятал их на чердаке…
Сережа спал крепко и долго. Проснулся он от шума во дворе. Выглянув в окно, он увидел на улице толпу народа. Быстро одевшись, он выскочил из дома. У забора стояла его бабушка и разговаривала с другими старушками.
- А я тебе точно говорю, он её топором зарубил, изверг! Упаси Господи! – говорила баба Нюра Серёжиной бабушке.
- Доигралась Нинка. Сколько раз ей говорили – остепенись, так нет же. Всё мужиков в хату водила, да пьянки с этим, с развратом делала. Вот и догулялась! Ужас-то, какой! – поддержала её баба Люба. – Вон, мой Колька бегал в окно смотрел. Говорит вся комната в крови!
- И милиции-то понаехало, гляди-ка! – ответила Серёжина бабушка. В это время из дома тёти Нины вышли два милиционера. Они вели под руки того самого мужика. Лицо и руки его были в крови, а на руках надеты наручники. Он, словно загнанный зверь, озирался по сторонам. Вдруг Серёже показалось, что мужик посмотрел на него. И всё внутри у мальчика похолодело. Он испуганно шарахнулся за спину бабушки.
- Что ты? Что ты, милый?! – сказала она, прижав его голову к своей груди. – Не бойся, мой хороший! Теперя ,этого душегуба, уж точно посадят. У, злодей! – и она помахала своим маленьким кулачном в спину ,садящемуся в милицейскую машину мужику…
Прошло несколько месяцев. Всё это время Серёжа жил в постоянном страхе ,что его арестуют. Но потом приехал участковый и, собрав всех колхозников в клубе, объявил, что мужик этот, мол ,уже был трижды судимый. Причём в последний раз за убийство. И сейчас уже состоялся суд и присудил ему высшую меру наказания, то есть расстрел. Потому как убил он Нинку с особой жестокостью де ещё и переспал с ней. Услышав слова участкового, народ одобрительно зааплодировал. И вместе со всеми аплодировал и Серёжа…
Шли годы. Серёжа уже совсем не вспоминал о том происшествии. Иногда ему казалось, что ничего и не было, что всё это ему просто приснилось… Отслужив в армии, он устроился на "Аналитприбор" в отдел комплектации. Его вполне устраивала эта работа. Однажды в выходной день он поехал в Красный Бор на Кривое озеро. Вволю накупавшись, он пошёл в кусты чтобы выкрутить плавки. Найдя укромное место, Серёжа снял плавки и стал их выкручивать. Вдруг он услышал звуки приближающихся шагов. Он быстро юркнул в кусты и притаился. На поляну вышли две девочки лет десяти. Они, весело переговариваясь, стали снимать с себя купальники. У них ещё совершенно не было волос на лобке и практически не было груди. И если бы не их голоса и длинные волосы, можно было подумать, что это мальчики. Но именно эта бесполость сильно возбудила Серёжу. Вдруг одна из девочек сказала, что хочет какать, и отошла в сторону. Она присела в каких-то сантиметрах от лежавшего в траве Серёжи. И он, затаив дыхание, стал наблюдать за ней. С этой точки ему всё было очень хорошо видно. Сначала девочка пукнула , а затем Серёжа увидел как её анальное отверстие начинает расширятся, превращаясь из маленькой дырочки в большое отверстие. И тут же из него полезла фекалия. Она выходила коричневой колбаской, укладываясь колечком на траву. Затем девочка, немного выпрямившись, повернулась лицом к кустам, за которыми лежал Серёжа. Она стала срывать листики, чтобы вытереть попу. Оторвав несколько больших листиков, она широко расставила ноги и чуть присела. В этот момент Серёжа смог отчётливо рассмотреть её писю. Это была небольшая щелка между ног. Сережа даже увидел капельку мочи на писе девочки, которая ,вытерев попу, подошла к подружке и стала одевать трусики и платье, Серёжа тихо встал и хотел было уйти, но под его ногой хрустнула ветка и девочки переглянусь. Затем одна тихо подошла к кустам и посмотрела из-за них на Серёжу, который делал вид, что выжимает плавки.
- Иди скорей сюда! – шепотом позвала она подружку. – тут дядька голый переодевается!
И вдруг Серёжа почувствовал такое сильное возбуждение, что не думая ни о чём, стал быстро дрочить свой член. Девочки, хихикая, смотрели за действиями Серёжи.
- А что он делает? – спросила та, что какала.
- А, это он дрочит! – ответила подруга. – Я однажды видела как Лёха, мой старший брат так в ванной делал. А ещё в городе в центральном парке, когда мы с Галькой гуляли, так там один дядька тоже так делал прямо у дерева.
- А зачем они это делают?
- Не знаю, наверное, чтобы хорошо было. А ну их, пошли отсюда! – и они, засмеявшись, побежали к озеру. А Серёжа, испытав сильный оргазм, уже окончательно решил, как жить дальше…
С тех пор он постоянно прогуливался в местах общественного отдыха в поисках тех, кто хочет переодеться или справить нужду. Конечно, мужчин он не выслеживал, нет! Только девушек, или даже девочек. Однажды ему повезло. В кусты у самого озера зашла девочка лет десяти- одиннадцати. Она ,не спеша ,сняла купальник и стала его выкручивать. Что сразу удивило Серёжу, это грудь. У этой девочки была уже довольно хорошо сформировавшаяся грудь. Да и на лобке виднелся пушок чёрных волос. Сама девочка имела смуглый цвет кожи. "Наверное откуда-то со средней Азии , или с Кавказа" – подумал Серёжа. Он, действуя проверенным методом, сломал руками сухую ветку. Но девочка не прореагировала. Тогда он повторил. Реакции не последовало. Это взбесило Серёжу и он, держа в руках свои плавки, голый вышел из кустов к девочке. И тут она стала кричать. Серёжа в испуге заметался, но понимая, что кругом люди и бежать некуда, неожиданно для самого себя, вдруг схватил девочку за горло. Она уже давно не кричала, а он всё сжимал и сжимал пальцы на её горле. .. Придя в себя он выпустил девочку и её тело упало на землю. И тут он стал дрочить на тело мёртвой девочки. Ему уже было всё равно где он, что он. Придут вдруг сюда люди или нет. Ему это всё было безразлично. Главное для него сейчас было кончить на это юное тельце, ещё не познавшее греха.. Затем, осмотревшись, он взял девочку за руку и потащил к воде. Там он на небольшой глубине подсунул девочку под корни поваленного сильным ветром дерева. Тщательно проверил хорошо ли закреплено тело и не всплывёт ли оно. Убедившись, что всё сделано правильно, Серёжа поплыл к пляжу… Так началась его жизнь маньяка, о котором уже говорил весь город. И это ощущение власти, власти не над кучкой людей, а над городом, давало ему такую мощную подпитку, что он прекрасно зная, что за ним охотятся, снова и снова выходил на тропу. И сам, как охотник выслеживает дичь, искал и находил девочек, женщин и даже старух. Ему не были важны внешние данные или возраст. Ему было важно почувствовать страх, животный страх, исходящий от жертвы. А главное, насладиться своей силой и могуществом… Милиция находила трупы везде. И в озёрах, и парках, и в пригородных лесах, и на стройках. А он всё убивал и убивал…



>

Сашка наслаждался жизнью. Всю свою зарплату, что получал на заводе, Сашка отдавал родителям, оставляя себе для видимости тридцать рублей на расходы. А от Марии Ивановны он получал ежемесячно, ещё когда двести, когда триста рублей. Всё зависело от количества вызовов к женщинам. А вызовов было много. Но Мария Ивановна следила, чтобы их количество не превышало трёх в неделю. Женщины были разные. Но чаще всего жены больших начальников. Однажды Сашке позвонили и пригласили явиться в десяти часам утра во вторник. Сашка, одев свой выходной костюм, и купив большую красную розу, ровно в десять нажал кнопку звонка. Через несколько секунд ,обитая кожей дверь, тихо отворилась и Сашка увидел женщину предпенсионного возраста. Красивый китайский халат еле обхватывал её полное тело. Обесцвеченные волосы были старательно уложены каким-то странным бутоном на голове. А венчало всё это произведение искусств ярко-красная помада, толстым слоем намазанная на губы… Женщина добродушно улыбнулась.
- Александр?! – пробежав взглядом по Сашке, спросила она.- Заходите, заходите. Я давно вас жду!
Сашка, войдя в квартиру, вручил даме розу.
- Ох, какая прелесть! Какая красивая роза!
- Красивой женщине, красивые цветы. – парировал Сашка.
- Ну что же мы стоим? Проходите же!
Сашка вошёл в комнату. Дорогой кожаный салон, импортная стенка, ковер, хрусталь. "Да, эта тётенька не их бедных." – подумал он, оглядывая комнату. Дама вышла из кухни с хрустальной вазой, в которую поставила розу.
- Простите… - Сашка сделал паузу, обращаясь к даме.
- Галина Игоревна! - помогла ему дама.
- Простите, Галина Игоревна, разрешите задать вам один, может быть даже немного не корректный вопрос?
- Конечно, задавайте любые вопросы! – с улыбкой ответила она, ставя на стол коробку импортных шоколадных конфет.
- Скажите, вот это всё, это ваш муж покупал?
- А почему ты это спрашиваешь?
- Просто у меня нет слов! Это потрясающе! Чтобы так подобрать мебель, нужно иметь идеальный вкус! А хрусталь? Вы только посмотрите, как правильно выбрано расположение посуды?! Каждая ваза, каждая рюмка просто играет в лучах весеннего солнца!
Расчёт Сашки был абсолютно верным. Он попал, что называется в самую точку. Женщина расплылась в довольной улыбке.
- Ну что вы?! Какой муж. Всё что есть в этой квартире, всё, всё, куплено и подобрано мной и только мной!
- Ну, тогда я должен сделать вам комплимент. Вы не только очаровательная женщина, что сразу бросается в глаза, но и умный, интересный человек. И я очень рад, что могу хотя бы немного пообщаться с вами.
С этими словами Сашка подошёл к импортному магнитофону и, включив его, настроил на музыкальную волну. Затем он подошёл к даме.
- Я вас очень прошу, не откажите мне в любезности станцевать со мной этот танец.
Женщина тут же сама обняла его, прижав к своей большой груди. Сашка, как бы случайно тернулся своей щекой о её щёку и почувствовал своей кожей пудру, которая толстым слоем лежала на её лице. Затем он слегка прикоснулся губами к её шее. Женщина ещё крепче прижала его к себе. Тогда Сашка стал целовать её грудь, ту её часть, что была закрыта халатом. И вдруг женщина, немного отстранив его, резко распахнула халат. На ней был широкий бюстгальтер и трусы, натянутые аж на живот. И в ту же секунду она, схватив его голову, сильно прижала её к своей груди.
- Целуй, ласкай меня, мальчик мой! Я так соскучилась по ласкам!
Сашка отработанным движением, заведя свои руки ей за спину, расстегнул лифчик и сбросил с неё халат. Её груди тут же плюхнулись на живот. А Сашка с деланным восторгом продолжал их целовать.
- О, какое чудо! Как хорошо! – шептал он целуя их. Его руки мяли, тёрли, тянули, сжимали их.
- Вы прелесть, просто чудо! – повторял он уже засунув руки ей под трусы и снимая их. Когда трусы были спущены, он запустил руку ей между ног. Там было так влажно, словно несколько минут назад она выдавила туда целый тюбик вазелина. Женщина легла на ковёр и потянула к Сашке руки, желая поскорее прижать его к своему телу. Но Сашка не торопился. Он, не спеша ,снял рубашку, затем медленно расстегнул молнию на брюках и, также медленно спустил их вниз. Теперь он стоял перед ней только в трусах и носках. Но трусы это были не простые. Их ему выдала Мария Ивановна. Собственно трусами-то их назвать было сложно, т.к. спереди был специальный мешочек, как хобот у слона, в котором помещался я, а сзади вообще ничего не было, только шнурок проходил от верхней резинки между булочек и соединялся с мешочном для члена. Но в чём была главная прелесть этих трусиков, это то, что я мог спокойно вставать не испытывая никакого сопротивления со стороны трусов, наоборот, заполняя чехол-хобот, я сразу поднимался. И этот вид, меня в чехле, очень сильно возбуждал женщин…
Она с такой жадностью смотрела на Сашку, вернее на меня, что Сашка резонно решил для себя – или её муж импотент, или он её трахает , пару раз в месяц, чего ей явно маловато!.. Сашка медленно стянул трусы ,и я вырвался на свободу. Затем он, также не спеша, лёг на неё и сделал несколько движений телом так, что я головкой и всем стволом потёрся о её киску. Хотя какая к чёрту киска?! Это было похоже скорее на болотную кочку, поросшую мхом и хлюпающую какой-то жижей… Но Сашка был профессионал. Он на секунду оторвался от её дрябловатых грудей и, издав протяжный стон, томно прошептал:
- О! Какое чудо!!! Вы, просто прелесть, о!
Ему было проще. Ему что? Ну, наговорил красивых слов, ну ,поласкал там в разных местах и всё! А я? А мне нужно сейчас нырять в это склизкое дерьмо, да ещё без скафандра! Но я не привык роптать на судьбу, хотя было с чего, ведь в последнее время нам приходилось иметь контакты с одними старухами пред пенсионного и даже пенсионного возраста! Ух, как вспомню, так вздрогну! Ну да что же тут поделаешь, работа есть работа…
Сашка, несколько раз проведя мною по её вагине, направил меня в неё. Я вошёл мгновенно. Ещё бы, при такой-то обильной смазке! Сашка картинно стонал, изображая свои ощущения, и комментируя как ему хорошо с ней. А она, словно это было последнее сношение у неё в жизни, хрипя и издавая какие-то непонятные звуки, с силой толкала Сашку за попу, словно помогая ему войти в неё ещё глубже. Моментами ему казалось, что она хочет проглотить его целиком своей большой и мокрой от "слюны" щелью…
И вдруг раздался звонок в дверь! Сашка, молниеносно выскользнув из неё, вскочил. Женщина спокойно встала и, запахнув халатик, пошла к входной двери. Через несколько секунд она влетела в комнату белая, как потолок.
- Муж! – выдохнула она.
- Это не смешно, сударыня! – ответил Сашка, но по её лицу понял, что это не шутка. И тогда ему стало страшно. Ещё бы! Это только в анекдотах любовники прыгают с четвёртого этажа и остаются живы. У него шансов не было! Женщина металась взглядом по комнате в поисках места, где можно было спрятать любовника.
- Быстро, под диван! – скомандовала она, и Сашка тут же заполз, еле протиснувшись под диван. Туда же к нему она забросила туфли и одежду. Затем она снова вышла и открыла входную дверь.
- Чего так долго не открывала? – услышал Сашка недовольный мужской голос.
- Не слышала я. Так крепко спала! – ответила она.
Они вошли в комнату, и сердце Сашкино опустилось ниже матки, - в метре от него стоял сам Николай Иванович Пименов, первый секретарь обкома партии, царь и бог в области.
Николай Иванович тяжело плюхнулся на диван, чуть не раздавив Сашку. Потом он включил телевизор. Там показывали футбольный матч в записи. Сашка и не думал, что Николай Иванович такой заядлый болельщик. Он постоянно давал команды игрокам, ругаясь на них, за ошибки и неправильные, по его мнению, действия. Несколько раз он вскакивал матерно ругаясь… Так они и смотрели футбол – Сашка лёжа под диваном в антисанитарных условиях, потому как там был такой слой пыли, что Сашка боялся дышать носом, чтобы не чихнуть. А Николай Иванович, вольготно раскинувшись на диване, принимая изредка по рюмочке посольской водочки и закусывая её то ломтиком импортной ветчины, то пластиком красной рыбы.
- Ты бы, если плохо себя чувствуешь, пошёл бы на кровать, да полежал как человек?! Пыталась увести его из комнаты жена.
- Ты что, не видишь, что я футбол смотрю?! Ты мне скажи лучше, и чего это твои трусы по всей квартире разбросаны?!
- Какие трусы, где?
- А вон, под столом валяются, или это не трусы, а чехол от танка?! Ха-ха-ха! – и он громко рассмеялся довольный своей шуткой.
Но ни женщине, ни тем более Сашки совершенно не было смешно, потому что под столом действительно валялись её трусы! Сашка зажмурил в ужасе глаза. Его сердце билось с такой силой, что ,казалось, стук его слышен даже на улице.
- А чего тебе от меня надо? – вдруг злым голосом ответила жена. – Да, у меня был любовник! Ну и что? А ты сам, куда шляешься по вторникам, и четвергам? Думаешь, я не знаю?! Всё, всё знаю! Ходишь к своей шлюхе худосочной! – и она, вдруг разрыдавшись, села на диван рядом с мужем.
- Ну ладно, ладно тебе, будет уже! – пытался успокоить он её. – Ну дурак старый, ну пошутил неудачно, ну всё, всё будет тебе!
Она положила голову ему на грудь, а он, гладя её по голове, продолжал смотреть футбол. В это время зазвонил телефон. Николай Иванович снял трубку.
- Да, слушаю! – сказал он отработанно-жёстким тоном. Но тут же голос его дрогнул.- Нет, сейчас не могу. Я плохо себя чувствую! Ну почему? Нет, я хочу, но не могу! Извините…. – и он, зажав ладонью трубку телефона, шёпотом сказал жене: - Это из Москвы! Принеси мне стакан воды, ну! – и как только жена вышла из комнаты, он быстро зашептал в трубку:
- Ну что ты, что ты, родная! Да я очень, очень люблю тебя! Но я же просил не звонить мне домой. Но тебе же сказали, что я неважно себя чувствую? Я понимаю, что ты за меня волнуешься. Нет люблю! – В это время дверь в комнату распахнулась и вошла Галина Игоревна со стаканом воды в руках. Николай Иванович, заметив жену, тут же изменил тон:
- Я всё, всё понял, Виктор Ильич. Сейчас лично поеду и проконтролирую. Вы не волнуйтесь, всё будет сделано, ждите моего сообщения! – и он повесил трубку.
- Ну, ты видишь? Мне нет времени даже поболеть. Тут же из Москвы звонят. – "А где товарищ Пименов? Сколько дел в области, а он вздумал болеть?! Так что, мать, я пошёл! – И он, встав с дивана, взял телефон.
- Машину к подъезду! – отдал распоряжение он кому-то и вышел из комнаты. Ещё через несколько минут , Сашка услышал, как захлопнулась входная дверь и тут же в комнату вошла Галина Игоревна.
- Всё, всё мой хороший, можешь вылезать! Испачкался, мой мальчик! – жалостливо сказала она, глядя на Сашку, который стряхивал с себя комки пыли и быстро натягивая джинсы.
- Как, ты уже хочешь уйти?!
- Я великодушно прошу простить меня, но я не могу заниматься сексом, когда постоянно думаешь – А не войдет ли сейчас ваш муж?
Она грустно опустилась на диван. Сашка, встав перед ней на колени, целуя её руки, стал быстро говорить:
- Вы поймите – вы достойны большего. Не этой суеты, а того золотого дождя нежности и ласок, которым я осыплю вас. Но не здесь. Не могу я здесь. Может быть вы сможете найти другую квартиру для наших встреч?
- Да, ты прав, это мысль! – задумчиво ответила она. – Я думаю, что мы сможем решить этот вопрос. А сей час иди. Я очень рада нашему знакомству, ты не волнуйся, я всё улажу!
И она, поцеловав Сашку по-матерински в лоб, выпустила его из квартиры.
Через две недели, когда Сашка вернулся из очередной командировки, ему позвонили и попросили явиться к Марии Ивановне. В условленное время он подошёл к воротам КПП своей бывшей воинской части. Там его ждала Мария Ивановна.
- Здравствуй, здравствуй, мой хороший! Рада тебя видеть живым и здоровым. Да, наслышана о твоих приключениях! Это прям как в анекдоте – муж пришёл, а любовник под диваном! – со смехом сказала она. Сашка тоже рассмеялся.
- Да, это сейчас смешно, а тогда мне было совсем не до смеха! Знаете, сколько нервов мне это стоило?!
- Ну, ничего, ничего! Нервы твои мы компенсируем. На-ка возьми конвертик-то.
- А что здесь?
- А так, пустячок. Ордер и ключики от новой двухкомнатной квартиры, твоей квартиры! Мебель уже вся там, так что, милок , теперь можешь спокойно работать, как говориться на дому!
- Спасибо, большое спасибо! Вот это подарок.
- А это не мне, это ты Галине Игоревне ручки-то целовать должен. Видать, ты и впрямь, ей сердце растревожил. Молодец, орёл! Теперь о деле. Чтобы никаких малолеток и блядей разных в этот дом не водил! Через два дня поедешь в Москву в командировку. Надо будет заявки подписать в управлении "Мосэлектроподшипник снабсбыт". Поедешь к Игнатенко Ирине Сергеевне. Она дама серьёзная со связями и при большой власти. Наслышана о тебе, и ждет вашей встречи. Так что ты, мальчик мой, уж не ударь в грязь лицом. Командировка на неделю. Постарайся ей понравиться, ведь ты это умеешь. Если сможешь обзавестись там нужными знакомствами, очень хорошо. По приезде обратно, напишешь полный отчет о проделанной работе и отнесёшь его капитану Сергеенко в серый дом.
- Куда?! – не веря своим ушам, спросил Сашка.
- Туда, милок , туда! Ты правильно понял. Ну всё, иди с Богом.
Она прошла на территорию части, а Сашка ещё несколько минут стоял у КПП в растерянности. "Боже мой! Она работает на КГБ! Как же я раньше не догадался. Точно! Да, но получается, что и я тоже на них работаю?! Но как, что я делаю? Ну трахаю разных богатеньких баб, так что это за работа. Какая им от меня польза и выгода? Ничего не понимаю." С этими мыслями Сашка сел в автобус и всю дорогу до своего нового дома думал и рассуждал.
Квартира его была в новом доме в районе Киселёвки. Сашка поднялся на лифте на пятый этаж и остановился у квартиры номер семьдесят три. С волнением он вставил ключ в замок и открыл дверь… Небольшая прихожая была обклеена моющимися обоями с рисунком кирпичной кладки. Справа находилась прикреплённая к стене вешалка, а слева дверь в ванную и дверь в туалет. Ванная комната до самого потолка была покрыта голубым кафелем, а на противоположной стене были закреплены зеркала в человеческий рост и на всю длину ванны. Туалетная комната была маленькой, но уютной за счёт того же голубого кафеля и ковриков, один из которых лежал на полу у унитаза, а другой сверху на его крышке… Далее из прихожей, если повернуть налево, можно было оказаться на кухне, а если пройти прямо, то попадали в холл. По стилю мебели и занавескам, Сашка уже окончательно понял, кто занимался обустройством этой квартиры. Из холла он прошёл в спальню. Там у стены стоял маленький трехстворчатый платяной шкаф и большая, да нет, просто огромная, кровать. Она была таких размеров, что практически полностью занимала комнату. Лишь у углах , у изголовий, стояли маленькие красивые тумбо



Рейтинг: 0.00/5
Просмотров: 2595
 Разместил: RonVisal

 Январь   » 
пнвтсрчтптсбвс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Вы когда-нибудь изменяли своей любимой?

Да...44% 44%[2411]
Нет!33% 33%[1805]
У меня её нет!22% 22%[1237]

Всего ответов: 5453


· Как же я скучала!
· Нежданчик
· Наказание мочевого пузыря
· Там-тарам-тарах тетя
· Пикник Марджори
· Происшествие
· Должностные обязанности
· Соревнование
· Автомобильная поездка
· Странная история
· Происшествие в лифте
· Потерпи для меня
· Дискомфорт Джейн
· Семиклассница
· Реальное наблюдение в Будапеште
· Пансионат (часть I)
· Вот такой вот Татьянин день
· Законы природы или укрощение строптивой
· Карен
· Случай на презентации




Все права защищены. Копирование материала запрещено, нарушение авторских прав будет преследоваться законом.