Меню
Главная
Реклама
Эротические Рассказы
Эротические Новости
Эротические Опросы
Видео


Анал
Азиатки
Блондинки
Брюнетки
В душе
Домохозяйки
Знаменитости
Изящные
Красотки
Медсестры
Молоденькие
На пляже
Негритянки
Офис
Полицейские
Скрытые камеры
Студентки
Съемки под юбками
Темы Рассказов
А в попку лучше
Бисексуалы
Гетеросексуалы
Гомосексуалы
Группа
Жено-мужчины
Живительная влага
Зоофилы
Из запредельного
Измена
Инцест
Классика
Лесбиянки
Миньет
Наблюдатели
Остальное
По принуждению
Подростки
Потеря девственности
Поэзия
Романтика
Свингеры
Служебный роман
Случай
Странности
Страпон
Студенты
Фантазии
Фетиш
Экзекуция
Эксклюзив
Эротика
Эротическая сказка
Юмористические
Я хочу пи-пи
А в попку лучше
Эротическое фото
Фото
На связи
Всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

...



15-02-2007  По согласию (ну и семейка)
Страница: 1/1

Цитата: Как сейчас помню папу, трахающего меня у телевизора при всех. Помню его единственные слова, отпущенные в адрес глупого диктора. Как будто трахать его собственную дочь и наполнять ее вагину спермой своим семенем - настолько нормальное явление, что не нуждается в комментариях.
От переводчика. Да, очень трудно переводить текст, так насыщенный жаргоном и тонкими намеками на толстые обстоятельства. Перевод идет трудно, но в конце концов это так захватывает! Эти недосказанные переживания, потерянные безумные идеи в поисках утраченного от перевода смысла... Кажется, что пишешь рассказ заново и уже вскоре так трудно придерживаться темы. Да, немного рассказ изменен. Кое-что добавлено, что-то, пусть невзначай, но упущено. Ведь это свободный перевод на заданную тему. Спасибо автору оригинального рассказа за прекрасные идеи! Надеюсь, что я правильно понял его рассказ. Сначала до 1 части немного философии (не знаю, кто ее сюда вписал, но перевожу, как есть). Часть 15 пропущена, как и в оригинале (что же там могло быть, может, просто номер потеряли)? Да, еще есть приписка автора, что история может быть продолжена... Очень может быть!


По согласию. Эротическая История.


Вы, наверно, читали истории о том, как все это происходит в семьях по согласию. Или, наоборот, в некоторых семьях процветает настоящее насилие. Чтобы понять тех людей, что обсуждают эту проблему с той или иной стороны, необходимо знать, что согласие или насилие - не единственные два варианта развития событий.

Или человек полностью понимает, что будет происходить далее и дает на это согласие или же человека склоняют силой (нет, не следует обсуждать идею, что "если согласие явно не выражено", то это автоматически считается насилием. По-моему, это столь же глупо, как и противоположная идея: что если кто-то полюбит это действие позже и простит, то это безусловно согласие, независимо от того, с какими зверствами происходило все в первый раз. Оба этих варианта ложны. Насилие-насилие-насилие или согласие-согласие-согласие - вот что лежит в основе понимания ситуации некоторыми людьми). Однако очень многие забывают, что ОЧЕНЬ ОГРОМНЫЕ варианты развития ситуации лежат посередине, между настоящим насилием и благоверным согласием. Например, если отец только что попросил дочь приспустить штанишки и тот час же начал ее трахать. Что, девочка будет возражать? Дети естественно делают то, что бы их родители им не говорили. Даже если это вредно для детей - и все равно они повинуются. Посмотрите - дети различных времен росли в нищете и ужасных условиях. Но дети, тем не менее, никогда не подвергают сомнению право родителей на воспитание любым способом, каким бы родители не пожелали. И большинство из детей держатся зубами и ногами за своих родителей и не хотят, чтобы их у них отобрали.

Только мои родители ни когда не оскорбляли своих детей. Мы все росли как здоровые и счастливые дети. И я ни когда не думала о том, что папа "злоупотреблял" мной, хоть некоторые и могут так посчитать на основании кое-чего, что делали мы с папой. Что касается "согласия на основе полного понимания ситуации", то как Вы можете дать согласие, если Вас об этом никогда и не спрашивают? Нет, мой папа не насиловал меня. Как это может быть насилием, если Вы никогда и не возражали? Вот только папа даже и не потрудился спросить...

Мне, наверно, было немного больше 6 лет, когда мой отец в первый раз вошел в мою спальню однажды утром. Как обычно, я была одета в длинную платье-пижаму. У-х-х. Папа только приподнял мою пижаму и его большой раздутый член скользнул к моему напряженному небольшому отверстию. Он двигает его до тех пор, пока не спустил внутрь меня и сразу же ушел. Нет, он не спрашивал может ли он трахнуть меня, не было ни каких ласк, ни каких подготовок. Он просто всунул это и пыхтел, пока не кончил. Потом папа вышел и вернулся в спальню, в которой он обычно спал с мамой. Он оставил меня с раскрасневшейся воспаленной кисой, только что распотрошенной папой. Нет, папа ни чего не говорил во время процесса - только раздвинул ножки да напирал на свой член, засовывая его все глубже и глубже. Теперь уже догадываюсь, что он смазал член вазелином с обезболивающими добавками или еще чем т.к. он скользнул в меня без особых усилий. Тогда он только вводил свой член в меня, пока не кончил. Он наполнил всю мою небольшую пизденку и вышел. Папа никогда не спрашивал, может ли он трахнуть меня а я даже и не думала возражать.

1

Сначала я даже и не знала, что мы трахались. Я подразумевала, что было кое-что, что мой папа и я делали вместе. Но я не знала, что те отношения между мной и папой, что были утром, называются сексом. У меня болела пися после того раза. Папа, казалось, совсем не думал о том, что произошло что-то необычное. Необычное в том, что он вошел в мою комнату, его пенис скользнул в меня и давил внутри так, пока не заполнил мою писю большим количеством спермы. Если он не считал это чем-то необычным, то, что почему я должна была считать иначе? Я думаю, что тогда мне было лет 6.

Конечно, то, что случилось утром, не ограничилось одним разом. Следующим утром папа вошел в мою спальню точно так же и залез ко мне в кровать. На этот раз, зная, что будет дальше, я сама молча раздвинула ножки поудобней и позволила папе сделать то же, что он делал и в первый раз. Второй раз было немного не так, как в первый. Пизденка осталась менее натертой, чем в первый раз и боль была поменьше и не такая острая. Кроме того, папа делал это немного дольше. После того, как он мне вставил, минут 10 дергался и пыхтел надо мной прежде, чем заполнил мою щелку густым липким белым веществом, как и в первый раз. Папина возня разбудила младшую сестру и она наблюдала наше воссоединение глазами, казалось, размером с блюдце. Она наблюдала за действиями отца и за мной, своей старшей сестрой. Точно так же, как и я, Сидни не промолвила ни слова. Ни чего не сказала и тогда, когда папа впрыснул сперму в меня и резко выдернул свой член. Сперма сочилась изнутри моей разебаной пизденки и все еще капала с его толстенного разутого члена.

Прошло 3 дня, прежде, чем папа сделал это снова. Как всегда, он не говорил ни слова - и я не спросила, что он делал. Папа только залез ко мне в кровать, накачал в напряженную щелку моей пизденки полную порцию своей белой густой жидкости и за тем ушел прочь. Оставил меня с огромной лужей его липкой белой жидкости, выливающейся из моей пизденки. Казалось, жидкость этой лужи просачивалась и внутри меня. Как обычно, моя маленькая сестра Сидни наблюдала все это. Хотя уже вскоре ей это надоело и она заснула.

Как я говорила, папа никогда меня ни о чем не спрашивал. Он только забирался на меня и накачивал мою пизденку по максимуму. Что касается меня, то я ни когда не возражала. Почему я должна возражать? После первого раза это было уже не так больно. Через некоторое время я к этому стала относиться почти так же равнодушно, как и, казалось, папа.

После первых нескольких раз, папа установил своего рода режим. Он обычно трахал меня 3 или 4 раза в неделю - начиная с понедельника. Он заходил в мою спальню периодически, через день. Так вплоть до субботы. Хотя иногда он заходил и два дня подряд, а иногда и пропускал. Но воскресенья всегда предназначались для мамы. Я так могу судить по звукам, исходящим из спальни моих родителей. Через некоторое время я уже стала сама спрашивать его про это, если мы отклонялись от привычного расписания. Я сама интересовалась, его когда он сможет заглянуть ко мне.


2

Сейчас я думаю, что некоторые скажут, что я со всем соглашалась. Я никогда не пыталась возразить моему отцу в то время, как от старался и задвигал свой толстющий член внутрь меня до предела, пока моя пизденка распрямлялась и растягивалась, выдерживала его напор. Он трахал меня с размахом, кончал в меня, заполняя все мои внутренности своей липкой спермой. И даже позже, забеременев от своего отца, я все еще толком не знала, что происходит. Я предполагаю, некоторые скажут, что мое молчание и было разновидностью моего согласия.

Что же моя мама - так она ничего по этому поводу даже и не говорила. Она ни разу не заходила к нам в спальню. Ну, может, только, кроме моего 3-го дня или же года через 4 еще раз. Помню, в тот день папа трахал меня уже где-то в 3-й или 4-й раз. Сидни как всегда наблюдала за тем, как папа с усердием вталкивает и затем вытягивает из меня свой большой членище. Как папа всегда сопит и постанывает перед тем, как готовится извергнуть свою сперму внутрь меня. Помню, что когда мама просунула голову в дверной проем, папу уже колотили заключительные судороги - так бывает перед спусканием в меня. Мама, должно быть, все давно знала и не стала отвлекать папу, по крайней мере до тех пор, пока папа не кончит. Затем она тихонько сказала моей младшей сестре чтобы она передала нам, когда мы закончим, что завтрак уже почти готов. Сидни только кивнула в ответ, храня традицию ничего не говорить во время этого. Папа придерживался ритма движений, как будто мама и не заглядывала. Он не торопился когда заканчивал свое дело. Он сильно вдавил свой член вглубь меня когда зашла мама и начал всплесками изнутри заливать потоками своей тягучей липкой спермы мой маленький животик и все, что там он до этого раздвинул и распотрошил своим огромным толстенным членом. Членом, толстым, как моя рука и даже больше.

Если я ни чего не имела против папы, заходящем по утрам в мою комнату и трахающем меня, то, я, конечно же, считала что все у нас в порядке. Особенно, если и мама об этом тоже ничего не говорила. С тех пор я только могла предполагать, что быть трахнутой своим собственным отцом - это одна из обычных вещей, которую делают дома все девочки. Единственная вещь, которая меня тогда беспокоила, так это то, что я должна была всегда тщательно вымываться после того беспорядка, который наводил папа в моей пизденке. Однажды мама застала меня с тем, как я пыталась подтереть липкую сперму в дальней части промежности между ног. Она показала мне как правильно использовать душ для этого. Она даже ни чего не спросила как эта клейкая белесая жидкость смогла попасть во внутрь моей вагины. А еще приблизительно через год, у меня добавилось беспокойство по поводу хлюпаний в моем влагалище во время трахания. Меня так же беспокоили тягучие слюни, которые стекали на ноги сочась из моей полураскрытой пизденки (если я не носила трусиков). Они марали трусики, носочки и колготки, пачкали пол и мебель. Да и вообще не очень приятно чувствовать их на бедрах.

Я думаю, что основной причиной, почему папа начал трахать меня, а потом приступил и к моей сестре, была беременность мамы. Хотя об этом я догадалась гораздо позже. Единственное, что я заметила тогда сама, было то, что мама становилась все более толстой и толстой. И потом она легла в больницу где-то на неделю. В это время на кухне заправлял папа. Тогда папа впервые провел в моей кровати всю ночь напролет. Он трахал меня по крайней мере трижды за ночь и дважды днем - ведь мамы не было. Я думаю, в мой маленький животик было больше накачано жидкости за какую-то неделю, чем ранее накачивалось за месяц. В течение всего времени, что мама была в больнице, из моей полураскрытой голой пизденки почти постоянно текла какая-то жидкость. Она стекала мне на голые ноги. Ее тягучие "слюни" целый день неприлично тянулись из моей зияющей краснотой пизденки. Но я ни чего не имела против папы. Если это делало маму и папу счастливыми и позволяло мне заботится о них в то время, как мама лежит в больнице, то и я была счастлива. Когда мама вернулась к нам, у меня и Сидни появилась младшая сестренка.


3

С возвращением мамы, все вернулось на круги своя. Только одно так и не стало, как раньше. А именно то, что папа теперь трахал меня не только утром. Он мог теперь в любое время небрежно стянуть с меня штанишки или задрать юбку. Мог где угодно повалить меня на ковер, на диван или кровать или же надсадить меня сверху. Он мог поставить меня на четвереньки с голым задом у всех на виду в любой момент и развести мне ножки. Делал это теперь каждый раз где угодно, как только этого хотел.

Сначала я немного смущалось, когда папа трахал меня особенно при ярком свете днем. Он разворачивал меня так и этак, разводил или сжимал мои ножки прямо перед мамой и моими двумя младшими сестрами. Меня смущало все. Даже то, что я знала, что Кэрол была совсем еще младенцем. Но вскоре я привыкла и это стало номой. Ни чего необычного уже не было в том, что папа нагибает меня на кушетке и раздвигает мне все. А затем всаживает в меня свой член и с размахом трахает пока не впрыснет в мой маленький животик своего сока, что заполнит меня всю изнутри. Часто это происходило когда мы смотрели телевизор. И кто хотел, смотрел на нас. Кто хотел - телевизор. Кроме того, все знали, что папа приходил ко мне и по утрам. Он точно так же наполнял мой животик, только в моей кровати.

Он все равно меня не спрашивал. Как сейчас помню папу, трахающего меня у телевизора при всех. Помню его единственные слова, отпущенные в адрес глупого диктора. Как будто трахать его собственную дочь и наполнять ее вагину спермой своим семенем - настолько нормальное явление, что не нуждается в комментариях. В то время как глупые слова диктора прокомментировать для всех обязательно. Не имело ни какого значения для папы, что моя мама или моя младшая сестра пристально наблюдали за нами, заглядывали и рассматривали нас со всех сторон, тыкали пальцем в нашу сторону. Папа просто срывал с меня штанишки, раздвигал меня и одним движением вгонял свой толстый член прямо перед самым носом Сидни. Он работал надо мной, крутил и нагибал меня в разные позы, пока не впускал свое белое тягучее семя. Когда он выходил из меня, то капли его густой жидкости падали с члена прямо на мою пизденку у самого носа моей младшей сестры. По мере того, как он застегивался и садился смотреть телевизор, успокаивалось его частое дыхание. Все становилось так, как будто ни чего не случилось. Он, казалось, не заботился о том, что будет со мной. Будет ли мне место просто разогнуться, прилечь отдышаться и вытянуть наконец ножки. Как чувствует себя моя разьебанная пизденка и не придавил ли он где меня. Будет ли мне чем обтереться. Способна ли буду я найти и натянуть свои отброшенные в дальний угол штанишки. А может, я так и потащусь в ванну или к себе в постель, а белая липкая сперма так и будет вытекать к моим ногам из полураскрытой раскрасневшейся пизденки. Моя прическа, состояние одежды и усталый помятый вид будут наглядно говорить каждому о том, что только что со мной сделали.

Если для отца трахать свою дочь было вполне нормальным занятием, то почему я, его дочь, должна была возражать? Кроме того, я замечу, иногда мне это занятие уже начинало нравится. Мне уже иногда нравилось чувствовать, как толстый член папы проскальзывает в мою тугую горячую дырочку. Я постепенно дошла до классных ощущений. Уже иногда пробовала сама "соблазнить" папу, крутясь перед ним и кокетничая, иногда голышом. Мне это не составляло большого труда - обычно он никогда не мог устоять.

Прошло где-то полтора года. Кэрол спала в кровати в комнате недалеко от нас ниже зала. А где-то через два месяца после дня рождения Сидни папа вдруг сильно меня удивил и огорчил одновременно. Однажды утром, войдя в нашу спальню, он подошел не ко мне, а к Сидни! На этот раз уже я наблюдала. Я только смотрела как папин член скользил внизу животика моей сестры. Он перестал сильно напирать вовнутрь только когда вошел уже почти на 3/4 - Сидни сильно запищала от боли. Я узнала блеск смазки на толстом пенисе папы - он использовал тот же самый крем, что и использовал для меня. Папа ни когда не трахал нас на сухую. Он не хотел травмировать нас. Искусственная смазка с сильным обезболивающим средством делала вхождение более легким, особенно когда папа вставлял с размахом и так глубоко, как в этот раз.

4

Только, конечно, Сидни была меньше меня. Папа не мог затолкнуть сразу весь толстенный член внутрь нее, как, казалось, иногда делал со мной. Папа в этот раз заботился о неразработанной писечке Сидни. Периодически выводя из нее свой член, он периодически намазывал его смазкой по всей длине. Он так же раздвинул пухленькие складочки щелки моей младшей сестры, поднес туда конец тюбика со смазкой и ввел носик тюбика вглубь. Затем сильно вдавил тюбик до упора и ввел все остатки смазки из тюбика. Пустой использованный тюбик с красноватыми следами небрежно отлетел ко мне.

Все время папа не промолвил ни слова. Он ничего не сказал ни моей младшей сестры ни мене. И мы молчали. Только когда папа увеличил нажим на крошечное отверстие Сидни и стал задвигать глубоко внутри нее, из груди маленькой девочки с каждым движением выдавливалось негромкое "Ох-х-х-х". Сидни оставалось только терпеть - папа сильно ее придавил. Особенно досталось Сидни от того, что движения папы стали резкими и грубыми перед тем, как он кончил. Потом, как обычно, он притих ненадолго, встал с нее резко выдернув член. Капельки крови только разлетелись брызгами с члена по постели. Но папа слез с кровати и ушел из комнаты. Никаких целований, ни каких объятий и ни какого "спасибо". Ни чего. Даже ни разу толком не взглянул на маленькую придавленную животом Сидни. Он не мог ее видеть - она и не могла высунуться из-под его живота. Только я видела эти торчащие из-под папы ручонки с кулачками и ножки с растопыренными пальчиками. Я догадываясь по ним о Сидни. Догадывалась, как спирает ей дыхание, как трудно ей высовывать наружу свой носик из-под большой папиной груди. Как иногда хватает воздух она ртом, как зажмуривается и старается не пищать, когда папа напирает слишком сильно. Получается, папа залез в кровать к своей дочери, засунул член поглубже, залил сперму в раздолбанную членом внутри нее полость, встал и ушел. Ни единого слова от начала и до конца.

Я не хочу, что бы у Вас сложилось впечатление, что наши родители совсем не любили нас или совсем ничего не говорили нам о том, что делали. В то время оба родителя не стеснялись объятий и поцелуев, говорили нам, насколько они заботятся о нас и нашем здоровье. Три вещи, за которые мы боролись между собой: чтобы папа поиграл с младенцем, погладил по головке Сидни, а может, уделил внимание и мне. Много времени мы проводили с папой на диване в зале в то время, как все смотрели телевизор или слушали музыку. Ни папа ни мама ни когда не скрывали своих чувств друг другу. Только папа, как кажется, немного избегал целоваться или обнимать маму пока не отдышится после того, как оттрахает кого-нибудь из своих дочерей. Словом, все было настолько обычным, как будто траханье дочек было чем-то, чем папа и должен был заниматься. А для дочери - как будто это была одна из их домашних обязанностей. Он нас никогда не спрашивал, и мы платили тем же.

С того времени, как папа начал трахать мою маленькую сестренку, можно было подумать, что мне будет доставаться меньше его внимания. Однако он все равно заходил ко мне. И делал это почти через день. Только теперь, когда он заходил в спальню, я знала, что он скорее всего шел к кровати моей сестры. Иногда, когда я наблюдала за движением члена внутри маленькой сестры, подъемом и опусканием низа ее животика, наполнением ее напряженной сколькой вагины спермой, я пыталась заигрывать с папой. Я кокетничала, всяко крутилась перед ним, ласкала его, помогала папе трахать мою маленькую сестренку. Он иногда замечал мои старания и немного подыгрывал мне не отпуская при этом Сидни. Иногда вернуть папу к себе было настолько трудно, что он только к самому извержению своего семени переключался от ее неопытной молодой вагинки моей сестры на меня, такую активную и опытную. Папа быстро брал меня и все соки папы доставались именно моему животику. Все соки, что позволяли зачать во мне еще одного ребеночка.

Да, ребеночка. Когда мне исполнилось 10, мама собрала всех девочек внизу и показала книгу о том, откуда берутся дети. Какие периоды бывают у девочек и как мужчина впускает семя девочке, что бы сперматозоид и яйцеклетка соединились. Что бы начал расти маленький ребеночек в животике девочки.

5

Забавно, но хотя то, о чем нам говорила мама, было то же самое, что мы делали с папой каждый день. Это было таким же самым занятием, что позволяет сделать ребеночка в каждой девочке. Когда или Сидни или я пробовали заговорить об этом с мамой, мама всегда находила способ сменить тему разговора. Мама повторила свой урок о сексе и о том, откуда берутся младенцы на 10-м дне рождения Сидни. Повторила и потом, на 10-м Кэрол. Только к тому времени такие уроки уже были для меня не интересны.

Хотя было действительно такое время, когда казалось, что мама признавала нечто связанное с тем, что иногда делается в спальне ее маленьких дочерей или у телевизора. Да, просьбы свободной и наблюдающей девочке что-либо передать про завтрак - не считаются. Так это было именно то время, когда кого-нибудь из нас начались месячные.

Как только у меня начинались месячные, мама меня перемещала вниз. Туда, где обычно было место Кэрол. А Сидни просила занять мое место. Когда я ее спросила зачем, она что-то упомянула о большой необходимости этого, особенно "после того, как я стану беременной". Ну хорошо, я это делала и не капризничала. В то же время через неделю - две после месячных, папа, вместо того, чтобы принять некоторые меры предосторожности, начинал трахать меня даже больше. Он уже не просто залезал ко мне в кровать ночью, заправлял меня семенем, а утром отсылал в школу. Папа ни когда не пользовался презервативами или иной специальной мазью от беременности. Мама никогда не давала мне пилюли от этого. Вместо этого папа, засунув свой толстенный член в меня, укладывал меня сбоку или на себя и так и засыпал. Мы так и засыпали, а вся его сперма была закупорена толстенным членом внутри меня. Конечно, по началу мне было не удобно, особенно, когда пизденка отходила от бурных страстей. Но зато папа мог проснуться ночью и продолжить делать это. А мне нравилось, что папа по долгу из меня не выходил.

Казалось, папа засыпал со мной гораздо чаще именно тогда, когда я больше всего могла залететь. С уроков мамы я знала об этом. Я просто считала, что мои родители только и ждали того, чтоб у меня внутри стал расти маленький ребеночек от моего отца. И через некоторое время я стала лучше помогать папе задвигать в меня член. Я старалась всячески помочь ему наполнить меня большим количеством семени. Я старалась, помогая папе. Когда папа кончал, я его обхватывала и сжимала со всех сил. И он долго не выводил член из меня. Я ждала, чтобы все драгоценные капли семени остались во мне. А когда он уходил, я зажимала драгоценное семя внутри себя вспоминая о проведенных с папой минутах и о маленьком ребеночке. Папа тоже старался. Например, он ни когда не уходил раньше, чем наполнял меня своим семенем. Однако если к тому времени, как он кончил, я еще не была достаточно разогрета, то он просто вставал и уходил. А если, к моменту, когда он кончал, меня настигал пик сладостных ощущений и я сжимала его член и его самого, как могла, то папа оставался со мной подольше. Он держал свой член внутри меня, пока я немного не упокоюсь и не отпущу его.

Однажды, когда у меня было хорошее настроение, я крутилась у папы весь день. Но папа был слишком уставшим после мамы и моей сестренки. Тогда я пожалела папу. Дала ему немного отдохнуть и просто крутилась голышом у него на коленках, обнимала его, прижималась. Мы все семьей смотрели телевизор, а я смотрела на папу. Когда фильм кончился, я поспешила попросить его сделать это пораньше, не дожидаясь утра. О, это было моей ошибкой! Мама сидела совсем рядом и я почти вклинилась между их головами чтобы шепнуть папе на ушко ласковые слова. Но мамино ухо было так близко с папиным и мама услышала весь мой шепот. Прежде, чем папа успел ответить, мама устроила настоящий скандал! Она называла меня всякими нехорошими словами, типа "шлюха", "неряха" и другими - я даже не помню. Она ругала меня, резко схватила меня за руку и при всех шлепала по голой жопке, ногам и куда попало. Иногда попадала больно, но мне было больше обидно. Очень похоже, мама твердо считала, что девочки никогда ни в каком случае не должны просить секса. Не должны просить открыто, просить сами! Просить, даже если это является проявлением искренней заботы о том человеке, который тебе так дорог.

6

Возможно, я ошибалась. Возможно, мама считала, что ее муж "домогался" дочерей, разрешая нам говорить на сексуальные темы. Все эти слова я и раньше знала до этого. Я кое-что узнавала, пока крутилась возле папы при маме. Но мама в этот раз называла меня всякими другими нехорошими словами, которые я раньше и не слышала. К тому времени, как мама успокоилась, я немного поняла, что со мной сделал папа. Я поняла и то, что все эти слова относятся не только ко мне, но и к моей сестре и к папе.

Почти неделю папа ничего не говорил об этом и даже не заходил к нам. Таким образом и мы тоже молчали. Но когда папа снова зашел ко мне, то как я и хотела, мы так накувыркались вдвоем! Мы занимались сексом так бурно и страстно, как никогда раньше! Он долго потом не обращал внимания на моих сестер - они могли только смотреть на нас и завидовать. Но ведь ни кто из них и не хотел секса с папой больше, чем я! Потом, когда мои страсти поулеглись, и они смогли наполнится сладостными ощущениями. Чувством, как этот большой и толстющий член проскальзывает внутрь наших тугих и горячих отверстий. Чувствовать, как он напирает изнутри и пульсирует, особенно когда в животик заливается всплесками белая и густая папина сперма - подвижное и липкое семя, что должно привести к зачатию.

Я росла чтобы любить. Любить, как с хлюпаньем в моей вагине папа производит семя, как оно впитывается моим животиком ночью, как оно просачивается из пизденки в течение дня. Жидкость спускалась к моим ногам непристойными тянучками и капала на пол. Конечно, в рабочие дни, перед тем, как идти в школу мне приходилось тщательно подмываться в душе и надевать соответствующие прокладки. Однако в выходные ни кто из нас даже не пытался надевать штанишек. И мы все ходили голожопыми и босиком. Это было так забавно!

Однако о сексе больше ни кто никогда не говорил, как бы мы ни любили или не хотели этого. Но мы все равно точно знали, что семя, заливаемое папой в нас, очень важно. Оно крайне необходимо для того, чтобы зачать внутри наших животиков маленьких ребятишек. Семя текло внутри нас в поисках яйцеклетки, чтобы оплодотворить ее как можно быстрее. И я и теперь уже и Сидни, делали все возможное, чтобы это именно так и произошло. Я часто лежала в моей кровати после папы с разведенными и задранными вверх ножками и попой. Я делала это специально, чтобы папино семя лучше в меня впиталось, не вытекло из полураскрытой пизденки, не выдавилось из меня неосторожным движением. Мама ни когда не говорила об этом, даже когда заставала меня в такой позе в моей кровати или же в зале на диване. Мама ни чего не говорила даже когда капли жидкости и тянучки из моей розоватой щелки марали штанишки и просачивались наружу, сообщая всему миру, что мой папа делал со мной. Но если мама не возражала против того, чтобы ее муж делал детишек от ее маленьких девочек, то почему мы сами должны были возражать? Фактически, я думаю, мама сама хотела того же. Возможно, она иногда опасалась, что скажи нам это с самого начала, мы стали бы капризничать? Ха-ха-ха! Это было бы смешно!



7

Прошло не меньше года после моих первых месячных и слова мамы в мой адрес немного изменились. Она стала часто начинать разговор со слов "После того, как ты стала беременной...", "После того, как у тебя в животике начал расти ребенок..." и т.д. Она подбирала для меня все время новую одежду, взвешивала и измеряла меня, всегда готовила то, что я просила на обед или ужин. Мама подготовила новую кроватку и кучу пеленок. А тем временем мой животик увеличивался. А все вокруг говорило о том, что нет ничего необычного в том, что у девочки не было даже своего парня. Что она не сильно любит мальчишек, а тем временем в ее животике растет целый "арбуз"!

Теперь папа трахал нашу 4-х летнюю сестру почти так же часто, как и меня, Сидни или маму. Я точно не помню, когда он в первый раз пришел к самой младшей сестре. Я помню только как он в первый раз приходил к Сидни. Просто я однажды увидела папу, как он водит своим толстым членом в голенькой щелке Кэрол. Потом я смотрела, как он впускал в ее симпатичный маленький животик свое семя. Делали они это так, как будто занимаются уже подобным многие месяцы. Моя самая младшенькая сестренка даже не пищала (помню, как пищала Сидни), когда папа уже очень глубоко вдалбливал свой член в ее маленькую дырочку. Папе приходилось бороться с этой тугой и плохо растягивающейся киской. Но папа все равно трахал ее потом с размахом и сильно. Кэрол, можно сказать, болталась и извивалась на папином члене. С одной стороны папа хорошо придавил и держал ее за ручки и плечи, с другой стороны приподнимал ее когда вдавливал свой член или силой вытягивал его изнутри маленькой и тугой пизденки. В прочем, так же, как со мной и Сидни, папа старался максимально засадить свой член вглубь. Особенно перед тем, как начинал извергать волнами свое семя. С Кэрол получалось, что Как будто все думали и ждали, что - что она сможет произвести ребенка прежде, чем сама пойдет в детский сад. Но Кэрол не сопротивлялась. Ее крошечная пизденка всегда переполнялась огромной порцией семени папы. Иногда за день ее пизденка так наполнялась далеко не один раз. Хотя, кажется, в ее симпатичный небольшой животик не помещалось много семени. Или же у них с папой получалось сделать гораздо большую порцию семени, нежели со мной или с Сидни?

Папа трахал меня вплоть до того дня, когда меня положили в больницу. Он так же трахал и Сидни и Кэрол. О, как это захватывающе смотреть, как папа сидит на стуле в гостиной и "смотрит" телевизор. Как интригующе смотреть, что его толстенный и огромный пенис исчезает почти полностью где-то в нашей самой маленькой сестренке. Как он заходит все глубже и глубже, пока не дойдет до самого предела растяжения ее тугой маленькой киски! И мы вплотную видели раздутый член нашего папы, как он иногда выскакивает из того отверстия, что раздалбливал. Красноватая пизденка зияла своей раздолбанной дырочкой. Иногда казалось, что мы сами чувствовали как папа наполнял густой клейкой белой массой ту полость, в которую входил. Киска сестры очень плотно обхватывала толстенный член папы. Мы видели и чувствовали это, хотя смазки было много. Ведь далеко не просто вот так покидать и снова вторгаться в пределы этой тугой для такого члена маленькой дырочки. Глубокой дырочки между ножек Кэрол.

Точно так же, как и с нами, папа ни когда не говорил о том, что он делал. Просто наполнял "до ушей" через узенькую дырочку ребенка своей спермой. Все делал так, как будто это было самая обычное занятие для него и его 5-летней дочурки. И мама ничего не говорила, смотря в это время телевизор. Это не было чем-то удивительным и для нас - мы то смотрели на то, что делали папа и сестренка, то смотрели телевизор, то болтали между собой или с мамой. Нам казалось, что трахаться с собственным отцом и вынашивать младенцев от этого в своем животике, в матке - это такие же обыденные вещи. Это то, что должны делать дома все девочки без исключений. И маленькие и большие и симпатичные и не очень. Это делают все девочки точно так же, как и отращивают длинные волосы и одевают женскую одежду, прокалывают уши и носят сережки, писают сидя или в выходные бегают дома голышом. Мама нам тоже ничего не говорила такого, даже когда была рядом. Когда все сама непосредственно видела и все знала. Особенно про то, что папа трахает меня и мою сестру больше всего именно во то время, когда больше всего шансов залететь.

8

Мама никогда не говорила ни слова даже тогда, когда ее муж днем у всех на виду стягивал штанишки с ее младшенькой 5-летней дочи и затем надсаживал на свой член. Он смело трахал маленькую девочку до тех пор, пока не кончал в нее, пока не заливал ее изнутри своей спермой. А мы с сестрой и мамой только наблюдали за этим. Иногда, когда папа заканчивал с Кэрол или Сидни, но его член еще оставался твердым, он заполнял и мою киску своим огромным и скользким уже от сочащейся спермы членом. Я чувствовала его внутри себя, как он распирает меня изнутри, раздвигает там все складочки и распрямляет все, прокладывая себе дорогу. Я старалась принять его как можно больше, как можно быстрее, а он скользил и вставлял внутри меня все глубже, все напористей. Хорошо постаравшись, я могла принять его внутрь себя весь до конца. До самого основания, до яиц. Когда он дубасил меня, его яички бились о мою попу, а у меня спирало дыхание. Иногда казалось, что он уже проткнул своей дубиной мне не только живот, но и уже вот-вот член выйдет из горла. Нет, член не выходил - просто моя вагина от принятия такой дубины так растягивалась, что все остальное внутри меня, все кишочки сильно сжимались и подпирали к верху, к груди. Все подпирало так, что при его толчках отдавало мне глубоко в грудь и спину, в горло. Мне спирало дыхание и выворачивало то через рот, то, казалось, вслед за вытаскиваемым членом, через мою узенькую вагинку. Иногда казалось, что я вот-вот описаюсь, когда он сильно давил собой на низ живота. Иногда казалось, что из меня вот-вот выдавятся какашки - так он там сильно воротил. Мне казалось, что сейчас просто с очередным ударом вырвет или же он просто проткнет меня и вырвется из груди. Но я знала, что это нужно, чтобы раскачать меня, мой животик и мои кишочки, мою матку для того, чтобы там было побольше места. Много места, куда можно было бы влить эту драгоценную беловатую густую жидкость - сперму. Чтобы залить ее побольше внутрь меня и заполнить ею всю мою уже распотрошенную начинку. Чтобы это семя смогло легче найти дорогу к моей яйцеклетке, где бы она и в какой части меня не пряталась. Пусть прячется даже в попе или голове - казалось, папа доставал повсюду. И я старалась, обхватывала его, как могла. Хотя мои руки и ноги немели, я сдавливала прорывающиеся стоны сквозь позывы рвоты. Хотя в голове все гудело... И только папины толчки и горячее чувство распирания изнутри, мне говорило о том, что я делаю все правильно. Мне говорило, что вот-вот подкатит это сильное и сладострастное ощущение. И оно будет длиться долго-долго, как будто меня всю со всеми моими кисочками и какашками захватит и понесет, закружит в безудержном танце-карусели. Я знала, что это ощущение можно испытать не раз, особенно когда папа берет меня сразу после Сидни или Кэрол и работает со мной достаточно долго.

Хорошо помню один случай, когда папа после Кэрол занялся мной, затем Сидни и снова вернулся к нашей младшей сестре. Это было так здорово! Сначала ждешь и гадаешь - придет ли папа к тебе, потом папа заполняет тебя изнутри, долго работает, массирует и раздалбливает, делая из тебя "котлетку". Ну а потом просто валяешься на кровати с разведенными ножками, с раздолбанной пизденкой и отходишь от сладостных ощущений. А папа трудится дальше - ему нельзя. Видно, как раскрывается Сидни чтобы вновь и вновь принять скользкую папину дубину все глубже и глубже. Как этот толстенный член распрямляет все ее внутренности и кишочки, как папа придерживает ее. И как Сидни подается и следует назад, вслед за выходящим (иногда с хлюпаньем) из нее скользким членом. Ты чувствуешь, как обнимает и обжимает папу твоя сестренка, как изгибается под яростным напором разошедшегося папы. Смотришь на нее и вспоминаешь свои ощущения, повторяешь все заново: все звуки, ощущения и запахи. Можно коснуться Сидни и папы, ощутить их тяжелое дыхание, коснуться рукой скользкого члена или помочь выскочившему из дырочки члену быстрее нырнуть обратно (чтоб папа не отвлекался по пустякам). А внутри тебя все горячо и намято, приятная слабость и дрожь пронимает ослабевшее тело. Отзвуки произошедшего с тобой растекаются от животика вверх в вниз и вниз, к коленкам и пяточкам, до самых пальчиков, к пупку и титечкам, по спинке и лопаткам, по рукам и шее, до самых кончиков пальчиков и ушей. После Сидни, вернувшись к Кэрол, папа почти два часа со своим толстенным членом не слазил с нее. Он долго работал над ней, а мы с Сидни помогали, хотя сильно старались и не мешать. Ведь им пришлось работать очень долго прежде, чем папа смог наполнить Кэрол новой порцией своего семени. Мы с Сидни тоже отдыхали. Мы не отрываясь следили за этим захватывающим зрелищем, иногда комментируя жестами друг другу все разворачивающееся перед нами зрелище, давая друг другу советы откуда лучше видно и где нужно помочь. Помочь - ну хотя бы вытереть с папы пот или впрыснуть немного смазки в болезненную пизденку Кэрол, когда ей становилось туго.

После подобных приключений мы, девочки, конечно же ни когда не носили штанишек или юбочек, так же, как носков или сандалий т.к. они только мешали. Из наших раздолбанных внутренностей, из натертых и медленно закрывающихся дырочек постепенно стекали вниз капли смазки и остатки папиной спермы. Мы, как могли, старались не запачкать дома стулья и мягкую мебель. Но после нас, как правило, всегда оставались мокрые следы. И мы хихикали над ними, старались подтирать друг за другом. А иногда после этого кто-нибудь из нас, играя, резко приседал и неожиданно пукал своей натертой пизденкой. Так всегда происходило, когда пизденка остывала и сжималась, а из раскрытых внутри полостей случайно разом выходил скопившийся там воздух. Тогда мы смеялись все вместе и тыкали друг другу в дырочки, подтирали друг другу раскрывающиеся красноватые пизденки. Правда обидно, что в ночь после описанных событий папа ко мне даже не заглянул. А я так хотела!

С того самого времени, как мне исполнилось лет 6, а для моих сестер и еще раньше, я не помню случая, чтобы хоть для одной из нас папа допускал перерыв более 3-х дней. Но жизнь в нашем доме не была одной большой оргией. Нет, очень редко папа трахал кого-нибудь из нас чаще, чем раз 5 на неделе. Обычно реже - четыре, а то и вообще раза два. Иногда папа вообще полностью пропускал день, а то и два. А иногда к кому-нибудь заглядывал и два, три дня подряд. Казалось, нет никакой системы в том, что иногда он мог трахнуть только одну девочку или выбрать двоих, а иногда и всех нас троих подряд. Мы всегда гадали. Иногда папе требовалось много времени, значительно больше 15 минут, чтобы кончить. Очень редко, но бывало, что папа засыпал в кровати с одной из нас, оставляя свой член в пизденке и затыкая сперму в ней на всю ночь.

Даже в то время, когда папа уже трахал всех трех из нас, я думаю, что мама брала от папы значительно больше заботы и внимания, чем мы. Я об этом могу судить по тому, что не раз бывало, когда мама уезжала на несколько дней. В это время папа трахал нас по 5, а то и 6 раз в день. И мы дома бегали полностью голенькими, заигрывали с папой т.к. мамы не было. Очевидно, что папе было очень трудно уделять достаточно внимания в один день и маме и всем нам троим. Я, конечно, не могла забрать целиком себе единственного папочку.

9

К сожалению, большинство дней в нашем доме были наполнены повседневной рутиной. Уборка, школа, уроки, совместные игры в зале у телевизора. С годами наш дом стал представлять большие ясли и детски сад. После меня, как я родила своего первого ребенка, и подросли мои сестры, у нас дома постоянно кто-нибудь ходил с большим животом. Это означало, что к ежедневной рутине добавлялась возня с сосками, пленками, памперсами и какашками в деткой кровати или же где на полу. Все мои сестры были как няни. Мы помогали друг другу, давая возможность отдохнуть и поспать.

Лет через пять или больше, пока наш сексуальный папа осеменял нас, как племенной жеребец почти через день, наша семья очень разрослась. Я была трижды беременна и принесла двух девочек, а потом одного мальчика и девочку сразу. Двоих мальчиков принесла Сидни. Кэрол тоже недавно родила девочку. Когда я забеременела в первый раз, все это мне было в диковинку. Сначала я даже и не заметила ни каких отличий кроме одного приятного факта - у меня исчезли месячные. Месяца через три я стала замечать растущий животик. Месяцев через шесть все окружающие уже не считали меня просто толстушкой. Казалось, уже каждый знал, что я беременна. Каждый знал, что у меня в животике растет маленький ребеночек. К тому времени я уже знала, что моя Диана шевелится во мне. Она иногда пинала меня внутри напоминая, что некоторая часть папы всегда находится во мне. Напоминая мне и всем, что я все сделала правильно, принимала папу достаточно глубоко во внутрь. И семя папы все же смогло достучаться достаточно глубоко и попасть туда, куда нужно.

В 8 месяцев беременность для меня перестала быть просто забавой. Моя спина болела. Мои груди раздулись и с них иногда что-то просачивалось. Мой надутый животик мне очень мешал и был тяжел для меня. Вы не поверите, но я чувствовала себя подобно выброшенному на берег киту. И уже ближе к родам я стала иногда уже и жалеть, что забеременела первой. Мне казалось, что я уже почти жалею об этом.

Дядя Джек был семейным доктором для нас. Он всегда принимал роды и выдавал папе, как отцу, свидетельства о рождении. Как папа решал все деловые вопросы с этим, я не знаю. В то время мне это казалось вполне обычным - девочки приносят детей, а папа занимается всеми вопросами с докторами и местами в больнице, возится с разными бумагами и просто приносит подарки для нас. Я действительно не знаю куда и когда нужно обращаться за доктором - в этом всем хорошо разбираются мои родители.

Как я вернулась домой из больницы со своим малышом, я заметила, что мой животик уменьшился. Еще я заметила, что я ОЧЕНЬ нравлюсь мальчикам в школе. Но они в то время казались мне такими болванами! Каждый догадывался, что я достаточно раскована и могу свободно и глубоко трахаться. Этот факт почему-то делал меня чрезмерно привлекательной для них. Только у меня давно уже был гораздо более умелый любовник, чем мог даже себе представить любой из них. Через 3 месяца после того, как я родила свою Диану папа снова пришел ко мне. Я в то время нянчилась со своей дочкой и я так обрадовалась! Я думаю, он знал, что мне нужно дать немного отдохнуть после родов. Но, кажется, можно было и не ждать так долго.

10

Сначала после трудностей последних месяцев беременности и родов я даже ненавидела всех мужчин вместе взятых. Я думала, что больше никогда не захочу снова пройти через весь этот тягучий ужас и боль. Только когда прошло более 3-х месяцев после этого, когда я посидела на "голодном пайке" т.е. без папиного внимания, я снова захотела его. Потребовалось некоторое время для того, чтобы вновь привыкнуть к ощущению огромного члена папы внутри себя. К немного новым ощущениям того, как папа двигает им через мою многострадальную дырочку внутри меня и как вновь наполняет мой живот густой горячей спермой. Наконец я стала настолько чувственной, что стонала от удовольствия и, кажется, даже кричала во время прилива сладостных чувств. Когда папа пришел ко мне в первый раз после родов, я и не думала возражать. Вскоре это снова стало желанной необходимостью, я уже не могла без этого. Мои сестры, кажется, тоже заметили мои чувственные изменения и, иногда, кажется, тихонько завидовали мне. Месяцев через 6 я для себя отметила, что я очень люблю не только папу, но и свою Диану. Это очень здорово - иметь своего ребенка. Чувствовать, как она своим ротиком так сладко сосет сиську или просто лежит и спит у меня на руках. Я почувствовала радость смотреть за своим ребенком, что-то делать для него. Я любила менять замаравшиеся пеленки, вставать среди ночи и наслаждаться кормлением моей маленькой дочери. Это такая же любовь, захватывающая и кружащая, как и секс. Есть что-то невероятное и замечательное в том, чтобы знать, что это только ты и твой папа сотворили вместе то чудо, что сейчас лежит у тебя на руках. То чудо, что просит сиську и хочет, чтобы с ним поиграли. Прошло не меньше полугода прежде чем мои труды заполучить папу оправдались и я, кажется, снова забеременела.

К тому времени симпатичный небольшой животик Сидни начал потихоньку расти. Я заметила это и даже стала завидовать ей. Я старалась с папой. После я стала закидывать ноги еще выше на спинку кровати и подкладывать под попу побольше подушек. Я так и оставалась лежать для того, чтобы папино семя случайно не вытекало из моей свободной пизденки. Я старалась, чтобы сперма за ночь побольше впитывалась вовнутрь меня. Я хотела чтобы спермики достигли своей цели прежде, чем моя пизденка потихоньку сожмется после страстной ночи и начнет выдавливать наружу остатки семени. Мне потребовалось еще чуть больше 9 месяцев прежде, чем появился на свет еще один младенец. Девочка. Моя и папы. Потом прошел еще несколько таких же увлекательных лет перед тем, как я уехала в колледж. Всех моих детишек, включая последнюю двойню, я оставила родителям.

Нет, наши родители никогда не оскорбляли и не унижали нас. Они ни когда не злоупотребляли нами, нашим вниманием. Хотя сейчас я знаю, что многие вредные тетки могут утверждать, что они делали именно это. Это, наверно, у них от зависти. Я считаю, что ни я, ни кто-нибудь из моих сестер не был ни разу злоупотреблен. Фактически, мы получили даже гораздо больше внимания и любви, чем многие из наших сверстников. Я считаю, что даже если то, что папа брал нас, когда считается, что мы были для этого еще слишком маленькими. Слишком маленькими чтобы принять большой и толстый член настоящего взрослого мужчины. Даже если то, что он был нашим папой и, так же как и мы в последствии, хотел иметь таких симпатичных малышей от нас. Даже то, что он делал это с нами так часто, как это нужно и мы все знали об этом. То все это вовсе не означает, что папа нас совсем не любил и не заботился о нас. Ведь все то, что он делал с нами мы все очень хорошо видели, знали об этом и помогали друг другу.

Я не думаю, что кто-то из нас или наших родителей мог считать, что есть что-то неправильное в желании иметь детей от своих дочек. Дочери никогда не будут в этом возражать. Хотя сейчас, с возрастом, я уже начинаю понимать, что некоторым упертым теткам так трудно понимать такие естественные вещи. Их собственные комплексы не дают понять нас. Понять, как наши папа и мама любили и заботились о нас. И если они хотели, чтобы их дочери выносили и принесли папе своих детей, то это было только маленьким проявлением нашей заботы, которую мы могли себе позволить для наших дорогих родителей. Мы так же наводили порядок в доме, следили за чистотой, мыли посуду. Эти семейные хлопоты были для нас всех любимым делом и игрой. Это было действительно здорово для всех нас. Здорово для все нашей огромной семьи, что мы сами справлялись с этим. Справлялись, даже тогда, когда одна из нас по своему состоянию была вынуждена отдыхать и пропускать все наши забавы. Конечно, мы забавлялись только с папой. Мы, все, втроем (вчетвером, если считать и маму). Сейчас я знаю, что мы все получали секса от папы гораздо больше, чем могут себе позволить многие женатые пары. Я слышала, что многие женатые пары занимаются сексом лишь раза два в неделю. Какой ужас! Папа же нас любил гораздо больше. Да! Любил! Но я продолжу свой рассказ.

11

После того, как я уехала учиться в колледж, я встретила ЕГО. Это был ОН! Дэн был симпатичным парнем, и я была от него без ума! Мы трахались как кролики. Да, целых три месяца. Но потом... Потом я узнала, что хоть мама нам все рассказала, как сделать детей и как ухаживать за ними, но она нам совсем ничего не сказала про нечто другое. Другое, что, оказывается, так актуально в настоящей жизни!

Ух... Мама на никогда ничего не рассказывала нам про то, как некоторые люди несколько иначе относятся к планированию детей. Я не знаю, мама это сделала специально или нет - у меня нет ни каких мыслей на этот счет. Я быстро спустилась с небес на бренную землю и шлепнулась с размаху прямо в грязь как только сообщила Дэну, как мне казалось, хорошие новости... Нет, Дэн был просто потрясен. Он был вне себя от радости. Я ожидала нечто подобное, но как оказалось... О ужас, я даже и не думала! Ведь Дэн всегда знал, что я не глотала таблеток от беременности, но он и не видел ничего зазорного в том, что мы трахались совсем без резинки. Он кончал в меня, но оказывается, никогда даже и не предполагал, что от этого я могу забеременеть от него! Вот как! А я так старалась...

Впрочем, когда я ему рассказала все хорошие новости я еще раз убедилась, что выбрала правильного парня. Я не знаю, кого за это благодарить, наверно, небеса... Но Дэн все выслушал и не стал глухим к тому, что у меня начал расти животик. Дэн стал настаивать на том, чтобы мы тотчас же поженились. Он говорил что-то про то, чтобы наши с ним дети стали "законными". Я не знала, что это означает, но я согласилась. Для него я была согласна на все!

....

Прошло несколько месяцев после того, как Дэн утихомирил свой гнев против моих родителей и начал хоть немного соглашаться с моей точкой зрения. Я никогда не чувствовала хоть как-нибудь оскорбленной своими родителями. Даже тогда, когда приносила папе малышей от него. И так считают все члены нашей семьи. Я полагаю, мои усилия успокоить Дэна и моя любовь через некоторое принесли свои плоды. Через некоторое время Дэн с этим фактом смирился. Вскоре он начал сильно настаивать на том, чтобы я забрала всех моих четверых детей сюда из дома родителей. Он хотел принять их всех и стать для них отцом. И я от этого решения была так рада! Однако тем временем мои родители продолжали воспитывать моих Диану, Марлен, Дани и Джину. Они жили у них т.к. учась в колледже, как бы я не хотела, но у нас с Дэном не было возможности взять их к себе.

К счастью, помимо того, что Дэн был просто хорошим парнем, у него оказались достаточно богатые родители. После того, как у них прошел первоначальный ужас, они стали не меньше Дэна требовать принять в новую семью всех моих детей. И вскоре все мы жили вместе в этом хорошем и просторном доме, в который нас поселили родители Дэна. Дэну дали возможность закончить колледж. Мне же вызывали репетиторов на дом, чтобы и я училась. Хоть учеба и отнимает много времени, я все же большую часть времени трачу на домашнее хозяйство. Много времени уходит на то, чтобы следить за всей своей детворой. Кроме того, мой животик становился все больше и больше.

Дэн смог справится с собой и тем потрясением, которое испытал, когда узнал от того, как я росла и воспитывалась. От того, как он узнал про моего любимого папочку. Он испытал шок от того, как узнал, что папа заходил ко мне и просто трахал меня молча. Папа никогда не спрашивал, было ли мне хорошо от того, что он накачивал мой животик своим семенем. Его не интересовало, выдержала ли моя пизденка напора, не поплохело ли мне (что иногда случалось, особенно когда мы делали это сразу после хорошего обеда). Его не интересовало, понравилась ли мне в этот раз или в этой позе (а иногда было и больно, аж дух захватывало и прошибало мозги или же сводили судороги - тогда мне самой приходилось вертеться и брыкаться чтоб ослабить напор). Папа никогда меня не хвалил меня за то, что я изо всех сил старалась ему помочь.

Обычно после моих рассказов про себя и своих сестер, Дэн сильно возбуждался. У него от всех подробностей разыгрывался такой сексуальный аппетит, что он выпускал в меня просто огромное количество спермы. Он наполнял меня до краев. И ни чуть не меньше, чем наполнял меня папа. Я люблю своего мужа.

Дэн был тем человеком, что показал мне много нового. Того, чего я раньше не знала и даже не догадывалась. Например, папа трахал меня сразу, как залазил на меня. Делал это мощно, часто с размахом, вытаскивая член полностью и загоняя его до упора. Но делал все молча, только мои вздохи да сопение папы под ухом, скрип кровати и стуки, иногда звуки моей растягиваемой и хлюпающей пизденки озвучивали происходящее. Даже когда я принесла папе первых детишек, он никогда не нисходил до того, чтобы сделать занятие сексом для меня по настоящему приятным. Папа никогда не обнимал и не целовал меня перед этим. Все наши обнимания сводились только к моим приставаниям к папе, когда я крутилась у его ног. Он мог меня немного поладить, потрогать или подбодрить. Мог похлопать меня по попке, раздвинуть мне ножки и заглянуть туда или же просто засунуть пальцы в мою пизденку. Иногда мы с папой так и смотрели телевизор - я сидела у папиной руки не шелохнувшись, чтоб мама не заметила. По секрету я рассказала об этом Кэрол, а та, похоже, Сидни. Было немного смешно, когда мы втроем боролись за место посидеть рядом с папой или на нем. Мы больше не телевизор смотрели, а на папу. Сидели возле него иногда голышом в облипочку. И маму мы тоже любили. По крайней мере, она ни когда не жалела своей любви ласки для нас. А папа совсем не ревновал. Нет, мне очень нравилось сидеть между папой и мамой. Пока сестры вились возле папы, я была уверена в своем превосходном месте - рядом с папой и обнимая маму. Мама меня ласкала, гладила. Целовала даже. Мама любила мне расчесывать косу и красиво заплетать бантики. А папа этого не умел!

Про начальные ласки перед сексом я впервые узнала именно с Дэном. И мне это так понравилось! Получать такое удовольствие ведь можно не только крутясь и прижимаясь возле папиных ног! Оказывается, это так просто делать не у телевизора и не табуретке на кухне, а прямо в мягкой постели! При чем это так разнообразно! Можно обниматься и целоваться долго-долго. Можно не отпускать своего мужчину до и после этого. А сколько существует видов поцелуев! А сколько разных мест для ласк и они каждый раз дают мне новые и новые ощущения. Дэн читал об этом книжки, иногда мы смотрели вместе об этом фильмы. Только я больше смотрела на Дэна. Это, наверно, по моей привычке так смотреть телевизор рядом с мужчиной. Я все равно была в восторге от Дэна!

Дэн впервые раскрутил меня на кунилингус. Сначала я и слушать ничего не хотела про это. У меня было отвращение к самой идее этого. Но Дэн долго ласкал меня по разному и уговорил-таки попробовать. О ужас! Раз попробовав, меня прошибло потом - я поняла, сколько же я упустила в этой жизни! Сколько прошло времени с того дня, как папа впервые зашел ко мне в спальню... Я тут же поклялась себе, что ни одна из моих дочерей не должна упустить того, что упустила я в свое время!

12

У меня тем временем рос животик. Меня иногда подташнивало и я чувствовала себя неважно. Однако Дэн был возбужден и сексуален как всегда. Мой животик его ни чуть не останавливал. Однако мои ощущения подсказывали мне, что лучше сегодня с этим погодить. Независимо от того, насколько я люблю своего парня, как бы ни были мои чувства к нему горячи, но как только он вошел в меня, я испугалась, что сейчас меня точно вырвет. Я испугалась, что замараю всю кровать. Какой казус! Я вышла из его объятий и, немного отдышавшись, спросила его. Спросила и полушуткой и полувсерьез, что мол, почему он, когда так возбужден и жаждет секса, не зайдет к моим дочерям и не возьмет одну из них. Комната Дианы и Марлен была прямо за залом - точно так же, как и я жила в доме моих родителей, когда я была в таком же возрасте, как сейчас Диана. Двоих других малышей - Дани и Джину мы расположили в маленькой спальне недалеко от зала. Расположили маленьких так, чтобы нам было удобней присматривать за ними.

Сначала Дэн был потрясен моим сообщением. "Этого никогда не будет!" - воскликнул он. Однако я сразу заметила, что от моего предложения его член стал тверже гораздо быстрее, чем он что-то успел сказать. И я продолжила свой рассказ про свою семью. Я не смотрела больше на Дэна, на его реакцию. Я просто между прочим рассказывала про свое детство. Про то, что Диана сейчас почти на пол года старше того возраста, в котором пап впервые взял меня. Про то, как папа двигал свой, как казалось тогда, огромный член внутри моей пизденки. Как и чем папа смазывал меня, что такая смазка сейчас лежит у нас в аптечке, что не плохо бы дать выпить минут за 15 успокоительное и обезболивающее средство девочкам - так будут сняты возможные спазмы, придет легкое сексуальное возбуждение и расслабление мышц тела. Я так же рассказывала, что моя Диана сейчас более чем на год старше, чем была моя сестренка Сидни. Я рассказала про то, как видела, что в первый раз делал папа с Сидни. Я была уверена, что у Дэна все получится гораздо лучше. Я продолжала ему рассказывать и про Кэрол. Между прочим, Марлен и Дани были на год старше того возраста, в котором мой папа начал наполнять животик моей младшей сестры Кэрол. И я искренне не понимала, почему мои дети хуже?

Подняв глаза на мужа, я ни как не ожидала того, что, оказывается, все это время Дэн смотрел на меня пристально и слушал не отрываясь. Казалось, его глаза искрились, а член был тверд, как дубинка. "Ты действительно хочешь ЭТОГО?" - спросил он меня. Мой тошнотный желудок подсказывал мне, что я не хочу секса прямо сейчас. Но я видела Дэна, чувствовала его возбуждение и не хотела оставлять его не удовлетворенным. В голове у меня сразу же замелькал клубок разных мыслей. Я думала о том, что мой муж совсем не хуже моего папы. О том, что мой муж, как и мой папа, может принести радость нянчить маленьких детишек и моим дочерям. О том, сколько радости и внимания в свое время папа подарил нам, своим дочерям. О том, что и Дэн может наполнить узенькие щелки моих дочерей своим семенем точно так же, как мой папа наполнял меня, Сидни и Кэрол. Я думала о том, что все это может снова вернуться в дом и сделать его таким же насыщенным и веселым, как и дом моего детства. И я кивнула в знак согласия на вопрос Дэна и с моих уст невольно выскользнуло такое негромкое "Да!".

Второй раз Дэну не пришлось говорить. Он поднялся с моей кровати и вышел из зала. Тогда я не знала, Дэн действительно хотел сделать это или он все еще считал, что мой папа "злоупотреблял" мной, "использовал" меня. Однако я никогда не чувствовала себя оскорбленной. И, кажется, уже месяца три как я заставила Дэна смириться с этим. В то время я не могла не проверить, пошел ли Дэн трахать мою старшую дочу...

Пока мой живот немного отпустил, я собралась духом и, наконец, нащупала в темноте свои шлепанцы, прошло немного времени. Я только хотела увидеть тот короткий момент, когда Дэн вошел в мою старшую дочу. Увидеть, что она ногами обхватит его. Да, да, обхватит и будет держать - именно так, чему я училась целых два года в свое время. Марлен, младшая сестра Дианы, будет наблюдать как трахается ее старшая сестра глазами, размером с блюдце. Однако ни она, ни Диана не промолвят ни слова. И я тихонько подошла и заглянула в их комнату - мой муж резко и с усилием погрузил свой член в глубину Дианы. Казалось, достаточно глубоко для маленькой девочки. И они приступили...

13

Я знала, что мой муж прилагал все усилия к тому, чтобы породить ребенка от моей маленькой девочки точно так же, как и мой папа. По тому, как она ногами обхватила и держала Дэна в то время как Дэн колошматил ее свои членом, я знала, что доча хотела чувствовать, как ей в животике делают маленького человечка. Обе мои дочки уже давно хорошо знали, откуда берутся дети. Я все время надеялась, что мои дочери не будут долго ждать того счастливого момента, когда смогут почувствовать первые толчки своего младенца в животике. "Когда закончите" - сказала я выглядывая как мимоходом из-за двери - "завтрак будет уже готов". Дэн не проронил ни слова. Он только пыхтел засовывая свой член поглубже. Его член еще глубже заходил вглубь девочки. Исчезал в ее щелке ровно настолько, насколько могла растянуться небольшая вагинка такой маленькой девочки. Сильная реактивная струя наполняла животик моей доченьки. Струя густой белой спермы, спермы ее отчима.

Марлен - младшая сестра Дианы молча наблюдала за происходящим со своей кроватки. Наблюдала потихоньку и я. И только когда мой муж закончил, мне стало по настоящему видно настоящее отличие между моим мужем и моим отцом.
- Спасибо, Диана! - повторял Дэн с большой отдышкой и целовал мою дочь. Он обнимал и прижимал придавленную под ним маленькую девочку с глубоко введенным членом. Он целовал торчащие из-под него ручонки, ласкал голенькие ножки. Дэн не спешил встать и уйти сразу после того, как заполнил семенем симпатичный животик малышки. Я знала, что сильная сперма моего мужа сейчас уже бежит где-то внутри узкой матки маленькой девочки в поисках яйцеклетки. Тем временем очень толстый для такой маленькой девочки член наглухо закупоривал семя в размятой полости вагины. Тем самым семя не будет столь быстро и напрасно вылито. Ему сейчас дается время достаточно разойтись и впитаться. Вероятно, пройдет год или два, прежде чем тельце Дианы достаточно созреет чтобы забеременеть. Но тем не менее, это время для нее не пропадет зазря.
- Спасибо папа Дэн! - говорила маленькая девочка и целовала в ответ своего отчима - "А то я боялась, что после переезда сюда никогда больше этого не будет...
- Спасибо папа Дэн! - думала я про себя - Спасибо за воссоздание моего нового дома, такого прекрасного у уютного. Такого, в котором я росла. Такого, каким я его себе и представляла...
Как я люблю своего мужа! Возможно, завтра, я заставлю его оттрахать и Марлен и... О, это прекрасная мысль! и Джину тоже! Это было бы не справедливо видеть, что их отчим старается сделать старших сестер беременными, а младших - нет. В конце концов, Джина сейчас примерно такого же возраста, какого и была моя младшая сестра в первый раз, когда ее трахнул мой папа. В отличие от меня в этом возрасте, мои дочери будут знать все. Все, что сможет сделать Дэн (по крайней мере, попробует сделать). Они будут знать и помнить все, когда большая и мощная струя белого семени будет врываться во внутрь их маленьких животиков. Ведь есть что-то невероятно эротическое и сексуальное от ощущения вашего собственного отца или отчима, взобравшегося и пыхтящего на тебе. От ощущения как он старается зачать внутри тебя нового ребенка, как его пухленький член внутри тебя впускает мощные струи спермы. И я не хочу, чтобы кто-нибудь из моих девочек упустила радость этих ощущений.

14

Дэн, возможно, не очень похож внешне на моего отца. С другой стороны я сама плохо похожа на свою маму.
- Завтра - сказала я Марлен взглянув туда, где Диана и ее отчим лежали вместе на кровати (из красноватой полураскрытой щелки Дианы выходили беловатые сгустки, рядом с ней красовался соответствующих потертостям размеров огромный и вымазанный до половины в сперме член) - Завтра твоя очередь. Теперь ты знаешь, как это происходит. Хорошо?.
- Хорошо, мама - ответила Марлен как само собой разумеющееся.
- Теперь, когда вы обе все знаете, как это происходит - продолжила я для обеих девочек - вы можете рассказать об этом вашей маленькой сестренке. И нечего стесняться, все покажите - сказала я, вспоминая свои прежние размышления о том, что - это не было бы справедливо, если она была бы обделена той радости чувства, чувства забеременеть от своего приемного отца.
В глазах двоих старших дочерей мелькнуло удивление - Нет - сказала я - Я не думаю, что вы все сразу забеременеете. Вы еще слишком молоды чтобы это произошло. Но я знаю, что это обязательно случиться рано или поздно. Но я смогу поговорить с мужем. Я попрошу его, чтобы он пообещал вам хорошенько стараться. Стараться, чтобы вы поскорее забеременели. Забеременели такими чудными малышами и приносили их как можно чаще. Так что, насколько это возможно. Хорошо, девочки мои?
- Да, мама! - на сей раз ответили хором мои девчонки.

О. как это здорово! От такого ответа я представила, как распрямляются и растягиваются складочки крохотной вагинки моей Джины, как проминаются губки и расширяется ее крохотная дырочка чтобы принять вовнутрь толстенный член своего отчима. Я представила, как пульсирует направляя глубоко во внутрь мощные струи спермы член внутри растянутой вагинки. Как наполняется полость густой белой спермой, как член тормошит шейку матки маленькой девочки и потоки сперматозоидов устремляются вперед в поисках цели в глубинах этой узкой и тугой пизденки. Джина, конечно, еще слишком маленькая, чтобы забеременеть. Но пусть попробует. Попробует точно так же, как и будут пробовать по началу и ее старшие сестры. Точно так же, как по началу пробовали и мои сестры с моим отцом. Потребуется время, но пока животики моих дочек накачаны свежим семенем, рано или поздно одна из них сможет забеременеть. Нужно только подождать.

Я всю ночь думала о всех моих дочерях. Представляла их, трахающихся с моим мужем. Представляла, как он входит в каждую из них, как он вливает свое свежее семя в их плоские животики с такими пупками и голеньким лобком. Представляла, как они ходят весь день со спермой Дэна внутри и как она понемногу проникает в их матки, как постепенно впитывается сквозь уз



Рейтинг: 3.94/5
Просмотров: 12507
 Разместил: RonVisal

 «   Апрель   » 
пнвтсрчтптсбвс
1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

Когда Вы потеряли девственность?

Ещё не терял!23% 23%[2640]
До 18 лет.21% 21%[2406]
До 22 лет.17% 17%[2020]
До 16 лет.17% 17%[2018]
До 14 лет.14% 14%[1624]
До 25 лет.3% 3%[374]
После 25 лет.1% 1%[201]

Всего ответов: 11283


· Как же я скучала!
· Нежданчик
· Наказание мочевого пузыря
· Там-тарам-тарах тетя
· Пикник Марджори
· Происшествие
· Должностные обязанности
· Соревнование
· Автомобильная поездка
· Странная история
· Происшествие в лифте
· Потерпи для меня
· Дискомфорт Джейн
· Семиклассница
· Реальное наблюдение в Будапеште
· Пансионат (часть I)
· Вот такой вот Татьянин день
· Законы природы или укрощение строптивой
· Карен
· Случай на презентации




Все права защищены. Копирование материала запрещено, нарушение авторских прав будет преследоваться законом.